А когда переодевалась, не удержала равновесие, освобождая ногу из штанины неудобного комбинезона, и рефлекторно схватилась за какой-то медицинский аппарат, стоявший в предбаннике «красной зоны», агрегат заскользил по полу, Александра Юрьевна не удержалась и упала, а сверху на нее рухнул и тот самый аппарат.
Результат – сложный перелом правой ноги. Гипс, который наложили в той же больнице, и госпитализация в спецбольницу областной администрации. Через месяц тетушку выписали, но на работу выходить не разрешили, впрочем, она лихо управлялась со своими делами и подчиненными в режиме онлайн на удаленке.
И, понятное дело, раз выпал такой продолжительный больничный, Александра Юрьевна сразу же уехала в «Озерное» вместе с Леной и благополучно работала и отсюда, заодно восстанавливая здоровье и былую подвижность ноги, делая упражнения и расхаживаясь понемногу.
Конечно, как человека невероятно деятельного и энергичного, Александру Юрьевну ужасно нервировало ограничение в движении и возможностях, и порой она позволяла себе быть ворчливой.
– Плоть слаба, а дух силен, – вздыхала Александра Юрьевна, когда, перегрузив пострадавшую ногу слишком активными физическими упражнениями, чувствовала боль.
И актерствовала от скуки, устроившись в кресле и уложив пострадавшую ногу на пуфик, изображая старческую немощь:
– Да-а-а, – вздыхала она, – быстротечны земные радости. – И качала печально головой: – Как говорил Джонатан Свифт, умнейший, кстати, был человек, «все люди хотят жить долго, но никто не хочет стареть».
– А я смеюсь, спрашивая: так, подожди, а как же период Ренессанса? – рассказывала, улыбаясь воспоминаниям, Анна. – А она отвечает да и в… – остановилась Аня и пояснила: – Тетушка может иногда и припечатать острым словечком и ввернуть далеко не дипломатические выражения. В общем, послала она Ренессанс и поигрывает периодически в хандру. Но я заметила, что загадочный труп в лесу и ваше появление в нашей жизни ее очень взбодрили.
– А как появилась Лена? – спросил Северов.
– Лена приехала вместе с тетушкой, когда та вернулась с Ближнего Востока в последний раз, – сразу же утратила веселость тона Аня.
Перед ее мысленным взором сразу же возник портрет Лены, который она нарисовала когда-то и который потряс Анну, ужаснув своей реальностью. Она рисовала в состоянии отрешенности, полностью отдавшись самому процессу, погрузившись в него, задействовав свой дар, а когда закончила и посмотрела реальным взглядом на то, что получилось, отшатнулась как от удара.
С портрета на нее смотрела девушка с широко распахнутыми глазами, переполненными безумным страданием и ужасом, на искаженном страшной, дикой мукой лице, с распахнутым, рвущимся от невозможности выпустить, вытолкнуть крик безумной боли ртом…
И она была словно живая, глаза эти светились…
Спрятав портрет подальше, Аня два дня ходила как больная, не могла спать и есть, переживая трагедию девушки и буквально чувствуя этот нечеловеческий ужас и боль, которую та испытывала, эти жуткие, дикие страдания. Не выдержав, на третий день пришла к тетушке Александре и показала ей.
Та держала портрет в руке и смотрела на него долгим, изучающим, напряженным взглядом и отложила на стол, перевернув изображением вниз, попросив:
– Не показывай ей и никому не показывай. Сожги. И не рисуй ее больше, – и сказала, тяжело, безысходно вздохнув: – Ты не хуже меня знаешь, Аннушка, что правда всегда грязнее и вонючее любой фантазии.
И рассказала историю девушки.
Прекрасная провинциальная девочка, необыкновенной редкой красоты, с детства мечтавшая стать моделью, понятное дело, а кем еще можно стать-то при таких данных, победила в конкурсе красоты.
Сначала в своем не таком чтобы и маленьком городке, затем в области и посредством этих самых конкурсов добралась и до Москвы, победив в каком-то там отборочном туре, и была принята в школу моделей.
Училась она так себе, но красоту ведь не спрячешь, и Москва – это все-таки Москва, и девочку заваливали разными предложениями мужчины и всяческие агентства поучаствовать на показах, поработать на выставках вместе с другими моделями в качестве консультантов, и промоутеров, и фотомоделей. И как-то в числе прочих она получила совершенно потрясающее предложение поработать моделью вместе с другими девочками на международной выставке в качестве помощницы администраторов-распорядителей и тех же консультантов и сопровождающих. Ну, знаете, когда такие модельные красавицы помогают сориентироваться на площадках, подсказывают, где и что находится, помогут найти нужную информацию или украшают собой выставочные экземпляры.
Международная выставка самого высокого уровня, и не где-нибудь, а в Эмиратах. И деньги обещали ну очень большие, и гостиница для проживания – пять звезд.
Ничего толком не разузнав и не выяснив, Лена согласилась и прилетела в Арабские Эмираты. Но оказалась в качестве выставленной на черном рынке сексуальной рабыни. Продали ее одному очень богатому человеку в наложницы, разумеется, жителю совершенно другой арабской страны.
