Сестра наконец-то проснулась, и ничего не понимая, испуганно прижала одеяло к груди. Когда она увидела в чем дело, то, не мешкая, вытащила карманный фонарик из-под подушки, но он не включился. Она трясла бесполезную вещь минут пять, и за это время пятно стало вдвое шире.
— Это с твоей тумбочки течет. Смотри, там уже целое озеро булькает.
Лиза с ужасом вытаращила глаза. Черная жидкость угрожающе вздымалась и исходила пузырями. Даже если эта гадость к утру бесследно исчезнет, она никогда больше не прикоснется к…
— Лиз, я боюсь. Откуда взялась эта штука? — Кристи старалась не показать своего страха, но было отчетливо слышно, как дрожит ее голос.
— Я не знаю, но точно не с потолка.
— И ты еще умничаешь?
Скорее всего, это была не совсем жидкость, потому что, собравшись в кучу, она стала подниматься вверх, а набрав высоту, немного раздалась вширь. Как раз в том месте, где должны находиться человеческие плечи. Месиво из грязи дышало. При каждом вдохе и выдохе, невидимые поры выплевывали из себя частицы плотной черной гадости, которая успела покрыть ровным слоем пол.
— Что делать, если эта штука проберется на первый этаж?
— Ничего. — Лиза передернула плечами. В голове творились непонятные вещи: она изо всех сил пыталась привести мысли в порядок, но они путались и странным образом переплетались с чем-то другим. Чужим и одновременно очень знакомым.
— О чем ты сейчас думаешь? О Маке? Ты прямо сейчас подумала, что если бы он появился здесь, то все сразу бы исчезло, как страшный сон. — Увидев вытянувшееся от шока лицо сестры, Лиза изумленно кивнула. — Одуреть. Клянусь, я тут не при чем.
— Его зовут Максим, но между нами просто Мак. Никто не знает, что он мне нравится.
— Никто, кроме меня.
— Ну да… — не сводя глаз с тумбочки, Кристина быстро переползла к противоположному краю постели и испуганно всхлипнула. — Но ведь ты никому об этом не расскажешь?
— Конечно, нет, ведь мы же сестры.
Даже спустя много лет Лиза не забыла ту ночь в летнем домике. Она не сомневалась, что именно тогда случилось что-то, что истончило границу между вымыслом и реальностью, позволив межпланетному существу просочиться в чужой мир. Именно тогда, на прикроватной тумбочке, в Ози вспыхнула искра жизни. Бесформенное существо возникло из воздуха, соткалось из неизвестных науке молекул, наплевав на законы человеческой природы.
Каждый раз, когда они устраивали пикники возле речки, Лиза не могла избавиться от внутреннего напряжения: вода и рыхлый ил под ногами заставляли содрогаться от жуткой картины, неизменно вспыхивающей перед глазами. Существо, выраставшее из тумбочки, словно бактериальный грибок, напоминало грязное, заросшее водорослями и тиной озеро. Именно поэтому, она и дала ему такое имя.
И еще. Она была уверена, что Кристи чувствует то же самое. Перед тем, как войти в воду, сестра всегда с опаской останавливалась у кромки берега и ощупывала поверхность пальцами ног, словно боясь, что из глубины в любую минуту выскочит чудовище. Возможно, ее страхи были не напрасны.
Какое-то время они пытались убедить друг друга, что все, что произошло той ночью — просто легкое помутнение рассудка, усталость или обычная подростковая фантазия. А внутри себя, каждый понимал, что было настоящей правдой.
Но как тогда объяснить тот факт, что на следующий день, утром, на полу не было найдено ни единой капли грязи, а тумбочка сияла идеальной чистотой? А ведь они не сводили с нее глаз, вытянувшись, и почти не дыша в своих постелях. До тех пор, пока не уснули. Разговор о Маке больше никогда не поднимался, видимо Кристи решила обо всем забыть и стереть увиденное из памяти, будто это возможно.
Наивная. Лиза ее не осуждала — ведь так проще выдавать желаемое за действительное, делать вид, что все в порядке и жить в уютном мирке, в согласии с собой и окружающими предметами.
Лиза пыталась понять, из каких материалов состоит Ози. Ведь должно же быть что-то, что связывает его с реальностью? Какая сила заставляет его двигаться, дышать, каждый раз появляться в разных местах в разное время? Она видела его повсюду: в темных углах гостиной, кухне, ванной, коридоре. Сначала он прятался в тени, а потом расширил свои границы. На улице Ози отображался в лужицах после дождя. Даже грязь и запах тины уже не казался таким омерзительным, как прежде.
Она украдкой следила за сестрой, пытаясь отыскать в ее поведении малейшие признаки обмана. Неужели она больше ничего не замечает? Неужели не слышит, как чужие мысли заполняют комнаты, и слепыми котятами натыкаются на стены, не находя выхода? Она старательно разбирала их по отдельности, но мыслей было так много, что от информации голова шла кругом, и все в итоге смешивалось в одну кучу.
Кристина же вела себя так, будто никогда ничего не видела. Будто все было сном. Боже. Разве такое реально забыть?!
