На отправленное в полдень письмо ответ от Чжэн Цецзуна пришел уже во второй половине дня. Сидя в молитвенном зале, заполненном облаками благовоний, Ли Чжэньмэй вскрыла конверт и извлекла лист бумаги, густо исписанный чернилами. Глава уезда Чжэн только что получил указ императора явиться во дворец, чтобы принять меры по устранению пожара, внезапно вспыхнувшего в Малой Башне Искушений. Брак между детьми семей Чжэн и Юйвэнь – дело решенное; он просит дождаться его возвращения и тогда лично нанесет визит, чтобы обсудить детали.
Что ж, так тоже хорошо. Дочитав неразборчиво написанное письмо Чжэн Цецзуна, Ли Чжэньмэй почувствовала, словно гора с плеч свалилась. Однако в то же время она испытала презрение к его корявому почерку и нескладным предложениям. Если вопрос пока отложен, то кто знает, может, к тому моменту Юйвэнь Цзэ с сыном вернутся, главы двух семей смогут встретиться, и под их совместным давлением у Кая не останется выбора. Да, так будет замечательно, так действительно получится добиться удовлетворения интересов всех сторон.
– Биюнь, отнеси второму младшему господину чего-нибудь поесть, а заодно сообщи ему, что отец барышни Чжэн отправился во дворец вести расследование обстоятельств пожара в Малой Башне Искушений. – Ли Чжэньмэй знала о помыслах сына, который вечно думал об этой башне.
Когда Биюнь удалилась, Ли Чжэньмэй подошла к статуе бодхисаттвы Гуаньинь, опустилась на колени на коврик с вышитыми цветами лотоса, сложила руки в молитвенном жесте и принялась спокойно читать про себя «Сутру сердца».
Закончив молитву, она поднялась и только тогда увидела удрученного Юйвэнь Кая, грустно сидевшего с поникшей головой на складном табурете.
– Кай, стоит ли вот так убиваться?
Ли Чжэньмэй не проявила ни капли жалости. Он сын рода Юйвэнь, а значит, не смеет проявлять слабость из-за чувств к девушке.
– Матушка, я не смогу взять в жены дочь семьи Чжэн. И дело тут не в ней, я ни на какой другой девушке во всем мире жениться не желаю! – Глаза Юйвэнь Кая вспыхнули, он был тверд в своем решении.
– Ты что, собираешься весь век холостяком остаться и не продолжить род? Тогда в чем смысл твоей жизни, для чего ты родился? – Ли Чжэньмэй повысила голос.
В присутствии Будды она и не смела дать гневу полную волю, но сдерживалась с трудом. Ее сердце истекало кровью, неужели это ее родной сын?
– Матушка, во всем остальном я готов вам подчиняться. Умоляю вас, войдите в мое положение только в этот раз, только в этом вопросе.
Увидев упрямство Юйвэнь Кая, его неготовность признать свою ошибку, Ли Чжэньмэй вспомнила, что в свое время поступила так же. Она жалела сына, но и была раздосадована и разгневана.
– Ты по собственному легкомыслию вляпался в это дело, а мать теперь должна помочь тебе выйти сухим из воды? – Ли Чжэньмэй было уже безразлично присутствие Будды – она ледяным голосом нанесла сыну удар по больному месту.
– Вы правы, я поступил необдуманно и глупо, я готов принять любое ваше наказание, – Юйвэнь Кай покраснел от смущения, осознавая свою ошибку.
Ли Чжэньмэй крепко задумалась, и ее взгляд упал на курильницу перед статуей Будды. Этот бронзовый котел-треножник Юйвэнь Кай сделал своими руками, выгравировав на нем облака, предвещающие счастье, и летучих мышей[79]. Работа была тонкой и выполненной на совесть. Ее Кай унаследовал таланты мужчины, которого она любила всем сердцем. Пройдя обучение, он непременно сможет стать выдающимся строителем и архитектором – в этом она не сомневалась.
– Кай, а может, тебе отправиться во дворец, посмотреть, что случилось с Малой Башней Искушений? Чжэн Цецзун как раз занимается ее восстановлением. – Тон Ли Чжэньмэй был мягок, напоминание о незаурядном даровании сына успокоило ее гнев.
– Матушка все-таки желает, чтобы я женился на дочери семьи Чжэн, – хмыкнул Юйвэнь Кай.
Он воспрял духом, и к нему вернулось прежнее упрямство: он не намерен был уступать матери.
– Выбор за тобой, сын. В конце концов, взрослые сыновья не подчиняются матерям. – В словах Ли Чжэньмэй таилась безграничная печаль и бессилие.
– Матушка, у меня свой путь, прошу, пустите меня, – взмолился Юйвэнь Кай, опустившись на пол перед матерью и положив голову ей на колени. Он все-таки был сильно привязан к ней.
– Тогда ты должен пообещать матери, что не пойдешь творить глупости, не станешь вредить ей. – Поняв, что не в силах остановить сына в его намерениях, Ли Чжэньмэй сдалась.
В жизни надо уметь отпускать, уметь идти на компромисс – это она давно усвоила.
– Матушка, любовь – это не обладание и не стремление нанести вред. Любовь – это наблюдение со стороны, любви не нужны слова.
Эта речь Юйвэнь Кая только усилила тревогу Ли Чжэньмэй.
– Ты не Будда, в конце концов, откуда столько самоотречения? Ты человек, ты мужчина из рода Юйвэнь! – Хоть она и поклонялась Будде каждый день, но не могла поверить, что ее родной сын станет святым.
– Почему же я не смогу достичь просветления? Разве вы сами не говорили мне, что в каждом человеке есть для этого задатки? – наступил черед сына удивляться.
– Чтобы достичь просветления, нужно пройти испытания демонами!
