– Колум, заткнись!
Я вообще не хочу слышать про ребенка, Эмета, Нефел, Королеву Змей. Я ничего не хочу. Вообще.
– И прекрати себя резать, сегодня и так слишком много крови пролито, – устало говорю я и упираюсь лбом в согнутое колено.
Я настолько потеряна, что не знаю, каков будет мой следующий шаг.
Я. Ничего. Не. Хочу.
– Я и не режу себя, – тихо, словно это секрет, говорит Колум.
Что?
Медленно оборачиваюсь. Не вижу в руках Колума ножа, руки, как и обычно, спрятаны в перчатках.
– Ты из-за колдовства не мог говорить? Алая Луна сняла с тебя чары? – недоверчиво спрашиваю я, вспоминая всё, что мне говорила его мать.
Я точно помню, она рассказывала, что все увечья, в том числе и невозможность говорить, – это ужасающие подарки Шрама.
– Нет, – бросает маг и, смотря на Меланту, добавляет. – Я догнал её, она шарахалась от меня, а я не мог ей сказать, чтобы она не боялась. Что я с добром, – замолкает на пару секунд и продолжает. – Она исцелила меня. А потом на расстоянии… мы видели, как вы с Эметом убивали друг друга. Она и тебя спасла, но не долечила раны из-за восхода луны. Ворожея просто уснула.
Она спасла меня на расстоянии. Но должна была спасти его!
– А Эмет? Почему она его не спасла?
Спрашивая это, стараюсь заглушить отголоски злости на девушку. Но ведь не она убила Эмета. Это сделала я.
Вся ненависть и злость должна достаться только мне одной.
Колум отрицательно качает головой.
– Она не умеет воскрешать мёртвых. Только лечить живых. Ты была жива, и она излечила тебя как смогла.
Не уверена, что хочу её отблагодарить. На этой поляне, окрашенной в алый, лежат практически все, кто были мне дороги. Моё место рядом с ними.
– Я убила его, – шепчу я едва слышно, смотря на мага.
Зачем я говорю то, что мы оба и так знаем?
Сглатываю горечь. Колум садится на корточки напротив меня и нерешительно берет мою искалеченную ладонь в свои.
– Он убил бы тебя. Ты спасалась.
Хотела ли я это услышать? Снять с себя вину за гибель Эмета? Нет. Я знаю, что повинна и мне нет прощения. Я сама себя никогда не прощу.
– Он вообще не должен был меня встретить, – уверенно говорю я.
– Должен. Ваша нить…
– Ты говорил, что я буду с ним связана и…
– Я не говорил, что с ним, – медленно, но настойчиво произносит Колум. – У тебя будет связь, настолько сильная, что Мэроу и не снилась. – Колум бросает на Эмета печальный взгляд и добавляет. – Но не с ним. Эметнейм был одним из лучших существ нашего мира. Но он закончил свой путь.
Смотрю на Эмета, и сердце сжимается от тоски. Но я не могу сидеть тут вечно, Эмет хотел вернуть сына в дом, где его ждёт мать и бабушка. Я могу это сделать. Должна.
– Нужно спасти Аргоса.
– Да, – соглашается Колум.
– Ты мне поможешь.
– Как всегда. Но нам не пробраться в замок. Да и стражи нас явно не пустят.
Встаю, поднимаю свой меч и уже знаю, как мы попадём в замок Королевы Змей. Она знала, что Нефел мертва, но позволила мне надеяться до последнего.
– Есть одна леди по имени Анастасия. Она была неосторожна и дала мне безвозмездное "слово", вот она-то нас и впустит в замок.
Колум поднимается и быстро подходит к ворожее.
– Я унесу её в хибару, – говорит он и нежно отводит прядь белокурых волос девушке за ухо.
Поднимает её на руки и уносит в дом. Склоняюсь над Эметом и невесомо целую его в щеку. Слеза скатывается с ресниц и падает ему на лоб. Стираю её и говорю:
– Я верну твоего сына к матери. Увезу его отсюда в место, где ты вырос. Но не думаю, что охотники, которые собираются там, будут рады меня видеть. Ведь я отняла тебя у них.
Встаю и тут же сгибаюсь пополам. Агония волнами разносится по венам.
Морщась от боли, запахиваю свой плащ, накидываю капюшон на голову и взбираюсь на Салли. Все тело болит и молит меня об отдыхе. Но только лишь в Алую Луну я смогу отнять Аргоса у Королевы Змей, её магия, как и придворных магов, не поможет им – сегодня она спит беспробудным сном.
Скачу медленно, и Колум быстро догоняет меня. Замечаю, что его лицо открыто, он больше не прячется за маской.
– Где маска? – спрашиваю я.
– Меланта сняла. Сказала, что это проклятье больше не моё.
– Как она тебя излечила?
– Ворожеи… их дар особенный. Они могут исцелять, что угодно. Она одним заклинанием убрала все мои увечья.
Колум снимает перчатку, и я вижу гладкую руку.
– Все. На мне больше нет шрамов, – с долей сомнения произносит он и рассматривает свою руку, словно впервые увидел.
– А душевные шрамы она в силах убрать? – спрашиваю я.
– На это даже время не способно, – с грустью отвечает Колум.
Въезжаем на базар и сбавляем скорость. Сегодня никто не спит. Существа по всему Мэроу устраивают праздники в Алую Ночь. Это единственное время, когда не нужно бояться суртуров и магии. Это время гуляний и веселья. Вот и сейчас на базаре куча народу. Все выселятся и танцуют. Пьют медовуху и рассказывают интересные истории – порой жуткие и страшные, а иногда веселые и легкие. Вот первых я могу рассказать больше, чем все они вместе взятые.
Минуем базар и снова отправляемся галопом.
