Деймон боязливо осмотрелся и понизил голос:
– Черт знает, кто стоит за ними… Я быстро понял – договора не будет. Оставалось только выследить их и устранить. Когда я шел за ними, случился Всплеск. Я хоть и не болею головой, но выжить под гневом Ее все еще не способен. Потом я потерял след… Старею. Можешь начинать злорадствовать. Страшный дознаватель, от одного имени которого содрогается даже Арес, седины ему в бороду, в очередной раз облажался.
– Нет, дорогой мой. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы повестись на такую манипуляцию. Поэтому буду слушать дальше.
– Растешь, сестра. Я бы даже порадовался. Но не в этот раз. В то время, как ты мастерски слиняла от наймитов, я искал место, где ни одна живая душа нас не заметит. Особенно та, которая слишком трясется за свою шкуру. Для того, чтобы распознать страх, не нужны никакие особенные способности. Просто посмотри на того, кто перед тобой. Если он обвешан стволами и гроздьями гранат, а в каждом кармане прячет по кинжалу – он боится. Думает, что все эти побрякушки смогут защитить его от всех угроз. Возможно, лишь от внешнего врага. Но не от самого себя.
– Тебя занесло в философию, – притормозила я поток сознания брата.
– Имею право. Так вот: эти парни не только нагрузились техникой, но и купили почти все кланы еретиков. Сами чего-то опасаются, а бросить других в пекло – не жаль.
По спине побежал мерзкий холодок.
– Ты знаешь о контракте?
– И не только о нем. Ты – лишь приятный бонус для этих персон. Настоящая их цель менее могущественная и значимая, но…
– Змей… Черт побери, Деймон! Откуда тебе известно?
– Я же дознаватель. Моя профессиональная обязанность – собрать из сплетен, лжи и криков отчаяния единую картину. И я ее собрал. Если нам в ближайшее время не позволят вернуться на Станцию – тебе, скорее всего, не выжить. Я им не интересен. Максимум – пристрелят, чтоб под ногами не мешался. Смерть меня не страшит.
– Отчего же тебе не наплевать на мою судьбу?
– Вот поэтому. – Деймон скользнул рукой в карман и протянул мне на раскрытой ладони переливающийся синим артефакт. – Что бы ты там себе ни думала, я верен ордену и останусь таковым до конца. Я не в восторге от того, на какие шаги пришлось пойти, чтобы вернуть тебя на Станцию живой. Как же я это ненавижу!.. Но… видит Отец наш, я тебе обязан. Зачем ты вступилась за меня перед Настоятелем?
– Полагаю… моя мотивация схожа с твоей. Но ты ни разу не умеешь быть благодарным!
– Я исповедуюсь. Не перед тобой. Текущая задача – скрыться в надежном месте и отрезать «хвост». Да-да, не удивляйся. Думаешь, не найдется отчаянных, которые сунутся в Ущелье за тобой? Не только я живу на этом свете, умея видеть во всем двойное дно. Это место опасно не детьми Зоны и не аномалиями. Когда оставляешь человека один на один с собой, он вскоре добровольно пожелает любыми способами избавиться от тех тайн, что скрыты в голове. Или от себя. Но того, кто может быть честным перед самим собой, Ущелье зацепить не способно. Так вот… Пусть те, кто идет по следу, будут именно теми «зелеными» вояками. Они с большей вероятностью повернут назад, нежели те, для кого цель оправдывает любые средства.
– Ты поставил круг, чтобы они точно знали, куда идти?
– Когда-то именно мы диктовали еретикам свою волю. Полагаю, стоит напомнить, кто стоит на страже Зоны.
В том, что брата окончательно покинул рассудок, не оставалось и капли сомнений.
– Да что мы сделаем вдвоем против десятка-другого стволов?!
– На их стороне оружие, в то время как на нашей – силы куда более великие. Уж поверь. Если мы пережили тот штурм и смогли подняться из пепла…
– Кстати… – Я замялась. – О штурме. Мне явился предатель. Тот самый. С меткой. И он говорил… богопротивные вещи.
– Ничего удивительного, – спокойно ответил Деймон. – Ты ожидала от еретика иного?
– Отчасти. У меня была возможность пообщаться с некоторыми. Они… не совсем такие, какими нам их представляли…
– Не такие? – Деймон резко поднялся на ноги и схватил меня за запястье, подняв его к слабому свету лампы. На бледной коже проступили темные следы когда-то врезавшегося металла. – Видит Обелиск, я не хотел поступать как последний мерзавец… Я знал, что может ждать. Я слышал все. Шел за наймитами по пятам. Ты не представляешь, чего мне стоило сцепить зубы, просто наблюдать и позволять всему свершиться! Вопреки желанию ворваться и положить их столько, сколько успею.
– Думаешь, у тебя единственное и непоколебимое право причинять мне боль? Хах… Как бы не так. Но тот, кому ты продал меня, остановил это…
– Потому что я этого хотел! Что ж… объясню проще: всё, от и до, было моим четким идеальным планом, пока не вмешались «зеленые» с твоим Змеем. Не только ты способна сделать еретиков личными марионетками. Души неверных крайне податливы и легко ведутся на соблазн. Ты однажды захотела получить к ним самый простой доступ. Мне же Обелиск даровал сложный и тернистый. И я его прошел.
Деймон отпустил руку и оттолкнул меня.
