– Достаточно. Как я понимаю, ты решила укрыться у Хирурга? Разумно. Если не брать в расчет, что наши новые противники могут оказаться полностью лишены всех моральных принципов. Ну да ладно. Я отведу тебя, а сам… не имеет значения. Даст Обелиск, свидимся вновь, когда все уляжется. Перекуси и ложись спать. Я постою на страже. Выдвигаемся с первыми лучами солнца.
Брат кивнул мне на расстеленный в углу спальник, под которым заботливо расположились несколько старых матрасов.
Вопросов не только не стало меньше, но и появились те, о которых применимо к Деймону я бы никогда и не задумалась. Неподчинение означало бы вынужденный диалог, к коему брат был сейчас откровенно не расположен.
За всей бурей эмоций я упустила важное. Все это время сознание соратника было для меня открыто, о чем дополнительно свидетельствовала нераспечатанная упаковка препарата, защищающего от пси-воздействия.
– Не сто́ит, – пригрозил Деймон, едва я попыталась ментально потянуться к нему. – Тебе еще пригодятся силы.
Вместо вещих или хотя бы цветных снов меня встретила лишь мрачная пустота. Из всех многочисленных призраков Зоны навестить растревоженное сознание никто не пожелал.
Спустя пару часов дремота резко прервалась. Я осторожно приоткрыла глаза. Вокруг царила непроглядная тихая ночь. Где-то вдалеке слышалось пение цикад и шелестели кронами немногочисленные деревья. Анонимный КПК помалкивал, не выдавая чьего-либо присутствия, кроме меня и брата.
Сидя на коленях перед тускло поблескивающим синевой даром Обелиска, Деймон погрузился в глубокую медитацию. Губы едва шевелились, но распознать слова знающему их несложно. Литания идущего на смерть. Самая сильная клятва верности. Воин, произносящий ее, готов пожертвовать всем и отдает свою жизнь в полное распоряжение Великого.
Должно быть, дознаватель часто прибегал к этому тексту, когда был моложе и яростнее. Когда знал, что может не вернуться из очередного боя, но при этом заберет с собой столько еретиков, сколько сможет, пока силы окончательно не оставят его. Перед неизбежной гибелью стоит очистить душу, дабы Обелиск принял ее в пантеон достойнейших.
Невольно я присоединилась к молитве. Злость на брата куда-то исчезала с каждой строчкой. Он оступился, свернул не туда в безумии праведного гнева… Мои изыскания действительно нельзя назвать соответствующими закону клана. Тогда Деймону казалось, что он поступает верно. Обелиск дает каждому из нас возможность начать сначала…
Знакомый свет, переливавшийся всеми оттенками лазури, понемногу убаюкивал и вновь погружал в тревожную темноту.
Утро наступило резко, словно в лицо плеснули холодной водой… А, нет, это и была вода из фляги. Попытки возмущения пресекла тяжелая рука. Деймон держал автомат наготове, нервно поглаживая пальцем затворную раму.
– Тихо. Они здесь. Даже не стали пытаться обойти безопасной тропой. Посмотри, насколько далеко. Я насчитал восемь человек… Нет… – Деймон прервал попытку выглянуть в щель меж кирпичей и внимательно посмотрел на меня покрасневшим от недосыпа взором. – Смотри как умеешь.
Намек не требовал разъяснений. Прикрыв глаза, я прислушалась к окружающему пространству. Отсутствие моей стаи поблизости несколько обнадеживало. Вожак Фенрир увел ее на болота, где затеряться среди местного зверья и не попасть под пули проще простого. Это не их война. Дети Зоны не должны страдать из-за того, что учиняют люди.
А вот присутствие как минимум шестерых наемников не вызывало столь приятных эмоций. Деймон насчитал восемь. Обознаться пусть и уставший, но опытный солдат не мог, а это значит…
– Вижу шестерых. У них есть блокаторы. До нас около сотни метров. Может, чуть больше. – Я побоялась произнести и малейшее слово, отчего передала информацию общепринятыми жестами. Благо Деймону не понадобилось подробностей.
– Уходим. Обогнем бетонный завод, за ним к каменоломням. Одна из пещер выводит на болота коротким путем, – одними губами, едва слышно произнес Деймон. – Вперед!
Стараясь не грохотать снаряжением, я перемахнула через низкий подоконник. Высокая трава и удачно поднявшийся ветер скрыли и перемещение Деймона.
Перед забором, обозначающим территорию завода, я на секунду остановилась и вслушалась в окружающее пространство. Нечто тревожное не давало покоя. Волосы взъерошились от растянувшейся впереди огромной «молнии».
– Вот же дрянь… – прошипел Деймон. – Здесь не пройти. Стало быть, пойдем сквозь завод. Надеюсь, они не успели обойти нас и засадить снайпера на башню.
– Не знаю…
Присутствие какой бы то ни было живой энергии несколько воодушевляло, хоть и могло оказаться ложным. Неизвестно, скольких Темный успел снабдить блокаторами и химией.
Едва мы вступили на территорию цеха, тревожное предчувствие вновь со всей силы ударило в сознание, словно набат. Стена «крематориев»? Нет, не то. Пси-аномалия? Не она…
– Они уже на пятки наступают, пошевелись! – шикнул Деймон и тут же рухнул на пол. В окне мелькнула темная тень.
