Металлические детали комбинезона Деймона выдержали, но пластик и синтетика буквально сплавились с покрытой огромными волдырями и местами обугленной кожей. Волосы полностью сгорели, на теле не было живого места от ожогов и рваных ран, но на шее едва заметно пульсировала розовая вена.
– Деймон!
С трудом удерживаясь на ногах, я метнулась к брату, но помешать Хирургу мне не позволил молодой рыжеволосый парень, одетый в потертый комбинезон военных.
– Стоять! – ласково прикрикнул он. – Сама едва очухалась, а все туда же.
– Здравствуй, Норна, – не отрываясь от манипуляций, произнес Хирург. – Не ожидал, что ты зайдешь так далеко. Шух, готовь носилки!
Парень развернул на пластиковой доске, найденной поблизости, изотермическое одеяло.
– Надень перчатки, хулиган. Вот только сепсиса ему не хватало! – проворчал Хирург. – Барышня, отвернись. Слезами горю не поможешь.
Но я ослушалась, не в силах оторвать глаз от того, что некогда было моим братом. Плоть наливалась багровой краснотой, перемежающейся с желтым. Ожоговые пузыри лопались под давлением пальцев, исторгая мутную жидкость. Тело было похоже на спрута без щупальцев, но никак не на человека. Абсолютно лишенное растительности и покрытое ранами и язвами. Когда лекарь и его помощник подняли пострадавшего на носилки, в тишине послышался не то стон, не то тяжкий вздох.
– Да сохранит его Обелиск. Норна, прикрывай спину. – Хирург указал взглядом на автомат. Я одеревеневшими пальцами подхватила ремень. – Через западную пещеру самый быстрый путь. Если будем двигаться в темпе, у него есть шанс.
Воистину, никто не знал все тропки Зоны лучше легендарного хранителя Озерков. Наша карта безбожно врала, проложив не самый легкий путь. Выйдя из холодной пещеры, поросшей желтым мхом, мы свернули с протоптанной тропы на колышущуюся болотную топь. Один неверный шаг – и трясина затянет с головой. Однако лекарь и его юный сопровождающий шли уверенно и столь быстро, будто бы и не тащили на себе помимо снаряжения еще и тяжелого пациента.
Все известные и изобретаемые на ходу молитвы не помогали унять дрожь в похолодевших руках. Деймон не подавал никаких признаков жизни, однако Хирург не останавливался для экстренной помощи, но и не ускорял наш маленький отряд. Уверенность врачевателя позволяла держать себя в рамках здравомыслия.
Под ногами чавкала болотная грязь, в лицо ударил несвойственный лету промозглый ветер, хлестали по коленям мелкие кустарники.
Совсем рядом послышался гулкий волчий вой. Сначала один зверь, потом к нему присоединился и второй, а вскоре совсем рядом промелькнуло черное мохнатое существо.
– Хорошие у тебя друзья, Норна, – прокомментировал Хирург. – Без их подсказок мы бы прибыли куда позже. Скажи, а Настоятель всех в орден по уровню безумия выбирает?
– Нет… это мы сами… дураки, – горько вздохнула я.
– Тогда понятно. Я было начал сомневаться в старом приятеле…
– Вы же спасете Деймона? – невежливо перебила я, не в силах сдерживать рвущуюся наружу панику.
– Как Зона даст, – пожал плечами Хирург. – Пути ее неведомы.
Пространный ответ лишь усилил внутреннее беспокойство. Хотелось поскорее добраться до обители лекаря, с оснащением коей, по слухам, могут посоперничать и остаться в проигрыше даже напичканные оборудованием научные базы.
Через четверть часа впереди показалась небольшая полянка, над которой возвышался домик с крышей, поросшей мхом. Потемневшие от времени и влажности доски внешне казались хрупкими, если не вконец трухлявыми. Шестое чувство подсказывало, что впечатление обманчиво.
Черная волчица, устроившаяся в будке возле крыльца, встретила было недовольным ворчанием, но узнав, кто перед ней, с радостным лаем бросилась к Хирургу, подставляя лохматый бок.
– Не сейчас, – с улыбкой ответил ей лекарь. – Шух, в операционную.
Поднявшись по дощатому крыльцу, Хирург и его ассистент аккуратно переложили Деймона на каталку и вкатили ее в предбанник.
– Я сделаю все возможное, – обнадеживающе пообещал лекарь, сбросив плащ на стоявший рядом стул. – Гостиная в твоем распоряжении, удобства на улице, разговоры – позже.
У еще одной двери Шух и доктор скинули обувь и верхнюю одежду. Затем облачились в высокие хирургические бахилы и одноразовые белые комбинезоны. Перед тем как дверь в операционную закрылась, мне показалось, что Деймон открыл глаза и попытался что-то сказать обожженными губами.
Ритмично отсчитывали время старые часы, тихо гудел в углу достаточно современный холодильник. Я не находила себе места, меряя шагами освещенную высоким солнцем гостиную.
Хотелось закричать и выплеснуть всю тяжесть, накопившуюся в душе. Пришло понимание, в какой ад я затащила нас обоих. В то время как Деймон казался мне гнусным предателем, на деле брат был готов пожертвовать само́й жизнью. Причем избрав крайне жестокий и болезненный способ избавиться от врагов. Самый распоследний отступник оказался самым верным. Самый кровожадный зверь под маской показного равнодушия скрывал настоящего человека.
