— Не так уж и долго. Две недели всего. Тебе это должно казаться секундой, — улыбнулся принц.
— Секундами мне кажутся дни, что ты здесь, — вздохнул Веанид.
Юноша с аппетитом уплетал похлебку, закусывая рыбным пирогом. В этот раз принц не жаловался, что нет мяса. Специально для парня Веанид готовил блюда с рыбой, хотя сам предпочитал их не есть.
— Ну, рассказывай, чем занимался? — раскуривая трубку, обратился к принцу вождь. Гланиэль уже поел и теперь пил травяной чай с медом и вареньем.
— В общем-то, ничем. Отец всё чаще зовет меня на советы, заставляет сидеть с ним, разбирать жалобы и обращения, — ответил юноша и, чуть поколебавшись, добавил, — к войне готовимся.
— И как же? — пустив колечки из дыма, поинтересовался кхарди.
— Я слежу за поставками оружия, курирую обучение новобранцев, несколько раз присутствовал на учениях и так, по мелочам. — Гланиэль замолчал. Напряженная тишина стала почти осязаемой.
— Послушай, — заговорил первым принц, — я не думаю, что вам… удастся… удастся победить. Может, ты…
— Предлагаешь мне отказаться от борьбы за нашу свободу? — строго спросил мужчина.
— Вы же погибнете!
— Кунгусы истребят нас в любом случае. Не думаешь же ты, что попроси я твоего отца о мире, он согласится?
— Нет, — вздохнул парень.
— К тому же, у нас есть шанс выиграть битву. Если мы выиграем первое сражение, я предложу Фрумору честные условия. Нам нужно, чтобы кунгусы прекратили вырубать наши леса и перестали нарушать границы, охотясь за нами. Только и всего.
— Если, — Гланиэль опустил голову.
— Не унывай раньше времени, — попытался приободрить принца Веанид и, перегнувшись через стол, поцеловал юношу в лоб. — Лучше расскажи, что у вас нового, — попытался сменить тему мужчина.
— Хм… есть кое-что, — кунгус хлебнул чая. — Ты слышал о мастерах над ядами?
— Нет.
— На самом деле, они уже давно появились, но внимания на них никто не обращал. До недавнего времени. Дело в том, что их ремесло — изготовление ядов и снадобий — бесполезно для кунгусов. Нас не убить ядом и не вылечить снадобьями. Любые травмы мы исцеляем сами, а болезни нам неизвестны. Убивать с помощью яда — позор для кунгуса, ведь у нас есть мечи, копья и магия крови. Поэтому долгое время мастера над ядами, как они себя называют, были едва ли не низшей кастой среди ремесленников. Но совсем недавно в столице эти травники образовали гильдию. Полагаю, у них появились протекторы среди знати, иначе откуда бы взялось столько денег, они даже здание себе построили, — юноша отхлебнул еще и продолжил рассказ. — Неделю назад они явились к королю показать свои способности. По большей части скука смертная — долгие рассказы о разных видах ядов и целительных эликсирах. Затем началась демонстрация. Ввели с десяток рабов и на каждом показывали действия снадобий. Зрелище не из приятных, но многим понравилось. И хорошо бы, если этим всё закончилось — люди получили представление, а на следующий день забыли. Но нет. Яды медленного действия заинтересовали военных, как инструмент допроса пленных. Снадобья стали интересны рабовладельцам. Мы-то, допустим, не болеем, но наши рабы могут умереть от царапины! Купить нового раба, конечно, не дорого, но что делать с рабами любимцами? Сейчас по этому вопросу при дворе образовалось две партии. Одни хотят, чтобы мастера над ядами лечили рабов и наложников, так как среди невольников часто заводятся фавориты, а среди рабов встречаются талантливые люди, смерть которых не выгодна их хозяевам. Другие, более традиционных взглядов, считают, что рабы это вещи, и порядочные кунгусы не должны испытывать к ним чувств. Особенно остро стоит вопрос с наложницами и наложниками. Несколько лет назад был настоящий скандал, из-за того, что Лорд Гариэль Сербериас хотел похоронить своего любимого наложника по нашим обычаям, то есть сжечь на погребальном костре Дараса. Он хотел встретиться со своим возлюбленным в ином мире. Разумеется, дворяне ему не позволили. Рабы часто умирают. Чтобы получать новых, нужно завоевывать земли и вести торговлю с восточными странами. Поэтому, было бы хорошо, если бы их лечили, так что в этой стороне проблемы я склоняюсь к представителям первой партии. Но дело в том, что мастера над ядами хотят создать новую магию, они называют это магией жизни, которую хотят вывести из магии крови. Еще они проводят опыты над рабами — заражают их редкими болезнями, калечат, вскрывают тела, как мертвых, так и живых, и, по слухам, экспериментируют с магией крови. Я слышал, они отрезают подопытным руки и ноги и пришивают конечности других существ, сращивая их магией крови. А еще, — голос принца стал тише, — они пытаются вывести новую расу — полукунгусов-полудемонов. Пока что, насколько я знаю, опыты проводятся только над рабами полукровками, но если мастера над ядами получат власть… — Гланиэль поежился. — Самое страшное то, что многие молодые аристократы, любопытства ради, ходят на их лекции и демонстрации, как они это называют. Пока что официально об этом не объявляли, но точно известно, что мастера над ядами скоро начнут набирать учеников из высших сословий.