— Посмотрим, что ты скажешь через три дня, — с довольным видом Грег встал на защиту своего знакомого. — Через три дня он выдаст тебе всё. И даже больше.
— Три дня? — переспросил Ян, уже не веря в успешное окончание этой авантюры.
— Да, — подтвердил Грег. — Три дня. Ему хватит и трёх дней. Поэтому он стоит так дорого.
— Да, и парень явно не заморачивается по поводу внешнего вида, — вставил своё слово Лис, стоявший всё это время у окна безмолвным наблюдателем. — Хотя это не важно.
— Мне важен результат. И если он может его обеспечить, то пусть хоть голый ходит, — согласился с ним Ян.
— Извините, — проговорил Лисандро и достал из кармана трезвонивший мобильный. На этот раз он заговорил по-итальянски, хотя и для кого не осталось секретом примерное содержание разговора. Разговор был коротким, но всё в тех же тонах, что и прошлый раз.
— Если для вас это так проблемно, то не нужно столько суеты, Лис.
— Я не лечу в Милан, — доложил в ответ Лисандро. — Не бери в голову, Ян. Это наши семейные разборки. Он достаёт меня, потому что считает, что имеет на это полное право, но он никогда не откажется помочь. Это не тот человек. У нас так положено.
— А он имеет на это право? — поинтересовался Грег, устроившийся на единственном, из всех имеющихся, приличном стуле. — Доставать тебя?
— Да, в некоторой степени, — нехотя признался Лис. — И он будет давить на меня, пока я это открыто не признаю.
— Весёленький у тебя родственничек, — без особой радости констатировал Ян и достал мобильный. — Подъезжай, — кротко приказал он. — Ты с нами? — спросил он Мура.
— Нет я сам. Езжайте.
Она выключила воду и вылезла из душа. Завернулась в огромное пушистое полотенце.
Горячая вода подарила прелестное ощущение лёгкости во всем теле. Спать уже расхотелось, бодрость вернулась, а вместе с ней и аппетит.
Вот бы ещё подкрепиться чем-нибудь.
Можно попытаться выпросить что-нибудь «вне очереди» у Минни. Слава Богу, желудок уже успокоился и начал принимать нормальную пищу, самочувствие гораздо улучшилось, можно сказать пришло в обычную свою норму.
Эва решила дать волосам высохнуть, а заодно привести в должный вид свои вещи, разбросанные в беспорядке по всей гардеробной и спальне в том числе. Она улыбнулась тому хаосу, который умудрилась устроить за такое короткое время после своего приезда.
«Так и быть… сегодня тебе не придётся ныть, что ты снова нашёл мою майку среди своих футболок. Наведу порядочек…» — пообещала она скорее себе, и приступила к задуманному.
Эва сделала несколько мазков. Замерла, оценивая. Осталось совсем немного, ещё чуть-чуть подкорректировать. И всё. Небольшая толика сожаления смешалась с удовлетворением от выполненной работы, результатом которой она была довольна. Эмоциональный эффект играл здесь особую роль, она чувствовала то, что у неё получилось. Чувствовала этот метафорический образ, что передала на изображении, и ей уже не терпелось поделиться с кем-нибудь своими мыслями.
Но осталось совсем чуть-чуть…
Яна задержали какие-то важные обстоятельства, о сути которых она ещё не имела представления, поэтому она решила немного поработать.
Минни проявила снисхождение и накормила голодного художника, поэтому вместе с наполненностью желудка и сытостью пришло вдохновение.
Кто говорит, что художник должен быть всегда голодный?
Врут!
Эва никогда не могла выдать что-нибудь приличное на голодный желудок. Она нервничала, была недовольна, а с плохим настроением кисти в руки лучше не брать.
Светлая краска на палитре закончилась и Эва взглянула на часы. Нет смысла тратить время на смешивание новой. Ян должен подъехать с минуты на минуту. Поэтому она поставила кисти в баночку с разбавителем, не собираясь продолжать муки творчества.
Ещё нужная горячая вода.
Ян уже поднялся на несколько ступеней, когда услышал шум воды в гостевой ванной.
Вернулся. Она стояла спиной к нему, задумчиво глядя на мощную струю, поправляя выбившиеся локоны. Потрогала рукой воду и прибавила горячей.
Он хотел сразу окликнуть её, но не стал. Почему-то не стал, а тихо сделал ещё пару шагов. Неслышно переступая.
Просто смотрел некоторое время. Стоял в дверях и смотрел на неё.
Всего какое-то мгновение, и она вызвала целую бурю эмоций…
Как всегда… Целую бурю…
Эту гамму можно было разобрать как по нотам, в ней было всё: радость, чистая и неподдельная, что она наконец-то дома; облегчение, что она здесь, она снова рядом и острое сексуальное желание, резко перекрывшее всё остальное.
— Только не пугайся, — негромко сказал он, и она резко обернулась. Но так и застыла на месте, заметив странное выражение в его глазах. Оно остановило её, не позволяя кинуться на шею, как того ей хотелось.
— Иди сюда, — позвал он.
Выражение её лица сменилось, в глазах появился свет, родной и знакомый.
Улыбнулась. Словно засияла.
Она всегда сияла, делилась своим позитивом, даже не осознавая этого. Делилась чувствами, дарила ощущения, преображала всё, что рядом.
Она была из тех, кто меняет мир вокруг себя, меняет тех, кто рядом.
Даже не замечая этого. Не ставя перед собой цели, не задумываясь.
Она не думала об этом, а он думал…
