Память полностью

– Как же… Это она, любимая дочь Ярослава Мудрого, приехав из великолепного златоглавого Киева в Париж, удивилась, в какую деревню попала, это ей посвятил прекрасные, пленительно-грустные свои стихи ныне покойный Николай Семенович Тихонов:

– Но все это XI–XII века – средостение русского Средневековья, – продолжаю я разговор с Любознательным читателем. – Династические браки, между прочим, уходят в глубь еще более давних времен, и вам в имени Рюрика, повторяю, не слышится ничего славянского?

– Что-то вроде есть, но что?..

Снова разглядываю свою разветвленную генеалогическую схему. Она не имеет научного значения – связи не полны, датировка во многих случаях условна. Харальд Суровый Правитель, Гудрод Великолепный, Эйрик Кровавая Секира – скандинавы. А вот княжеская династия бодричей, балтийских славян, поклонявшихся ругенскому Световиту и героически сражавшаяся с датчанами и самим Карлом Великим… Годолюб, Дражко, его преемник Славомир, Мотива, Ратибор, Крутой, Нилота, Прибыслав и Вартислав… А отцом Рюрика был Годолюб (Годолайб, Годлав, Готлиб), князь бодричей (рарогов)…

Что значит «рарог»? Есть такая птица рара, живет очень далеко, в Чили, срезает клювом молодые побеги плодовых деревьев, но она тут ни при чем. Других подобий в нашем языке нет. Множество словарей славянских языков в библиотеке дочери. Захожу в ее комнату, беру «Большой польско-русский словарь». Есть «Rarog. Балобан». Первое слово произносится по-польски «раруг», второе русское «балабан». Балобан или балабан – вид крупного сокола, легко поддающегося дрессировке для охотничьих целей. «Рюрик» же по-польски звучит как «Рурык»; и есть летописный вариант имени Рюрика – «Рурик», есть чешское имя Ререк, польское Ририк, а если еще вспомнить, что западнославянский союз племен бодричей или ободритов называл себя «рарогами» или «рериками», то скорее всего «рюрик» есть видоизмененное веками в разноязычием западнославянское слово «рарог», означающее сокола… Убежден, что слово «сокол» не случайно в «Слове о полку Игореве» встречается в разных смысловых, грамматических и метасферических вариантах шестнадцать раз, в том числе пять раз непосредственно применительно к Игорю, потомку Рюрика, два раза – тоже к Игорю, как «сокольцу» и «соколичу», то есть «сыну Сокола», четырежды – к Игорю и другим князьям, участникам его похода, и один раз – к Святославу Всеволодовичу, великому князю киевскому.

А недавно я разыскал в одной специальной публикации статью московского историка О. М. Рапова. Он доказал, что княжеские знаки на сохранившихся плинфах древнейшей киевской Десятинной церкви вовсе не трезубцы, как считалось, а символическое изображение сокола. На монетах Рюриковичей Х – XI веков, в том числе и на знаменитых серебряных деньгах Ярослава Мудрого – тоже условно-символические контуры сокола в атакующем полете (Рапов О. М. Знаки Рюриковичей и символ сокола. – Советская археология, 1968, № 3)… Рассматриваю снимки монет с круговой надписью «Ярославле сребро». Да, конечно, это пикирующий сокол: укороченный по сравнению с крыльями хвост, обводы точек на условной голове – вокруг соколиных глаз перья не растут. Но сокол никогда не был божеством ни у словен, ни у скандинавских народов, ни у одного континентального германского племени! Сокол, очевидно, древнейший тотем славянского рода, из которого происходили Рюрик и Рюриковичи, превратившийся на Руси в эмблему, символ княжеской власти…