Раненая была без сознания. Молоток осторожно коснулся ее и закрыл глаза. Потянулись долгие секунды.
— Ага, — наконец прошептал он, — здесь много слоев. Раненая плоть… раненый дух. Мне нужно излечить все это. Так что… вы мне поможете?
Капитан не ответил, сообразив, что вопрос адресован не ему.
Прошло еще сколько-то времени.
— Вы готовы пожертвовать своими силами ради этой женщины? — спросил Молоток. Не открывая глаз, целитель вздохнул. — Я не вижу нитей, о которых вы говорите. Ни ее собственных, ни Ворчуна, ни того человека, который стоит рядом со мной…
«Это ты обо мне, что ли, толкуешь? А меня-то с какого боку тут приплел?»
— …Но я верю вашим словам. Начинаем?
Паран снова кивнул.
Молоток застыл над женщиной. Вскоре она вздрогнула и тихо застонала.
В следующее мгновение шатер закачался и едва не рухнул, поскольку внутрь буквально вломился очумелый Ворчун. Он тяжело дышал.
— Ну? — выдохнул даруджиец. — Что?..
Ходок крепко обхватил его за плечи:
— Запомни: у нас нет такого понятия, как «слишком поздно».
К ним подошел ухмыляющийся Мураш:
— Вот так-то, Капастан. Встречай сжигателей мостов!
К северу и востоку от Капастана шло сражение, начавшееся еще с рассветом. Клан Белолицых баргастов, двигавшийся к городу, наткнулся на врага раньше, чем ожидали. Впоследствии сжигатели мостов узнали о кровопролитной битве на морском побережье и в пойме реки Серп. Племенам баренов и акратов противостояли недавно прибывшие полки бетаклитов и кавалерия бетруллидов. Командиры кочевников, посчитав, что баргастам недостойно обороняться (да к тому же и оборона была выстроена кое-как), решили контратаковать. Спесь обошлась им дорого: вскоре баргастов уже теснили со всех сторон.
Первыми дрогнули барены. Видя гибель соратников, акраты позабыли про межплеменные стычки и пришли им на помощь. Так им удалось продержаться до полудня, когда Таур отправил на подмогу воинов из племени гилков. Гилки жили на равнинах и прекрасно умели воевать со всадниками. Они тут же вступили в бой с бетруллидами и переломили ход сражения. Акраты, воспрянувшие духом, с удвоенной яростью кинулись на бетаклитов и захватили их понтонные мосты и лодки. Остатки паннионских пехотинцев были вытеснены на речное мелководье. Их там полегло столько, что вода сделалась красной. Уцелевшие бетруллиды с трудом оторвались от гилков и двинулись вдоль берега к болотам. Это оказалось грубейшим просчетом с их стороны. Лошадиные копыта увязали в просоленной глине. Вскоре паннионских кавалеристов настигли гилки и устроили настоящую бойню, длившуюся до темноты. Меньше чем за сутки септарх Кульпат лишился своего подкрепления.
Когда Хумбрал Таур вступил в город, это вызвало настоящую панику. Завидев кривые сабли и копья баргастов, десятки тысяч тенескариев обратились в бегство. Перепуганные, истошно орущие крестьяне даже не подозревали, что помогают врагам, рассеивая отряды стражей Домина, урдов, беклитов, скаландиев и бетаклитов. Ни о какой единой обороне уже не могло быть и речи. Тенескарии заполонили все улицы, большие и малые. Обезумевшее человеческое стадо отступало к Западным воротам. Давя друг друга, тенескарии протискивались сквозь бреши в стенах и опрометью неслись по равнине. Но клан баргастов настигал их и там.
Хватка сидела все на той же дырявой крыше и глядела вниз. Кое-кто из удиравших паннионцев пытался взобраться по пандусу из тел на крышу, не соображая, куда и зачем лезет. Особо упрямых встречали малазанские копья.
Несмотря на все ужасы, творившиеся внизу, Хватка продолжала радоваться избавлению от браслетов. Правда, оставшиеся от них ожоги еще болели, и боль эта отдавалась в костях руки. В мозгу капрала вертелось множество вопросов, но она упорно гнала их прочь.
Теперь звуки битвы, перемежаемые боевыми кличами баргастов, доносились и с восточной стороны. Кучкам беклитов, урдов и стражей Домина удалось создать нечто вроде единого фронта. Но их сил хватило лишь на то, чтобы ненадолго задержать наступление Белолицых. Сопротивление стремительно затухало.
Колотун без конца сетовал на хлипкость крыши и стен. Хватке уже надоело с ним пререкаться. Все равно, пока улицы не очистятся от тенескариев, идти некуда. Так почему бы и не посидеть здесь? Капрала это вполне устраивало. Главное — сжигатели мостов вошли в Капастан. В городе сейчас было жарко, особенно возле Северных ворот и вдоль стен. Но в целом дела обстояли не так уж и плохо. Идя сюда, она ожидала худшего. «Морантские гостинцы» сумели уравновесить силы, а кое-где и начисто смели превосходство паннионцев.
«Мы тут уже почти сутки, и ни одного сражения. Ну и прекрасно. Как бы Мураш ни бахвалился, мы сейчас уже далеко не те, какими были прежде».
Мысли Хватки перекинулись на объединенные силы Дуджека Однорукого и Каладана Бруда. Сколько им еще добираться сюда? Как только Хумбрал Таур собрал свои племена и был готов двинуться в южную часть города, Паран отправил Меченого к Дуджеку. Теперь, когда Быстрый Бен валяется в бреду, а Штырь слишком напуган, чтобы сунуть нос в магический Путь, даже и не узнаешь, как там этот морант.
