Ранду пришлось сделать усилие, чтобы не рухнуть на колени. Он со свистом вдыхал и выдыхал воздух. С большим трудом он замедлил биение своего сердца и вернул лицу спокойное выражение. Он хотел драться, а не убегать! Он мог победить Таима!
Если так и дальше пойдёт, он обессилит, и Тёмный легко возьмет его. Он заставил себя разжать кулаки и сдерживать кипящие чувства.
Посмотрел на спокойное, такое знакомое лицо Морейн.
— Это была ловушка? — спросила она.
— Не столько ловушка, — ответил Ранд, — сколько поле боя с хорошо подготовленными часовыми. Они знают, что я сделал в Марадоне. У них есть отряды Повелителей Ужаса, которые готовы следовать за мной куда угодно и атаковать меня.
— Теперь ты видишь, что такая тактика ошибочна? — спросила она.
— Ошибочна… нет. Скорее неизбежна.
Он не мог сражаться в этой битве в одиночку. Не на этот раз.
Он должен найти другой путь, чтобы защитить своих людей.
Бергитте скользила по лесу в сопровождении тридцати Айил, все с луками на изготовку. Какой-то шум они все-таки производили — не могли же они совсем не шуметь — но все равно двигались гораздо тише, чем кто бы то ни было. Они вспрыгивали на упавшие стволы, ловко пробегали по ним или перескакивали на камень. Они пригибались под нависающими ветвями, выворачивались, извивались, беспрерывно двигались.
— Сюда, — сказала она, приглушенным голосом, показывая на обсыпавшийся склон оврага. К счастью, пещера была на том же месте, скрытая зарослями, небольшой ручей протекал рядом. Айильцы ступили в воду, чтобы сбить след.
Двое мужчин двинулись вниз по склону, на сей раз двигаясь гораздо более шумно, с треском обламывая ветви. Бергитте присоединилась к тем, кто уже успел скрыться в пещере. Внутри было темно, пахло плесенью и землей.
Может она скрывалась в этой пещере много веков назад, когда еще жила в этих лесах будучи разбойником? Она не знала. Теперь воспоминания событий из прошлых жизней редко посещали ее, лишь иногда всплывали мимолетные видения о жизни в Мире Снов, еще до того, как ее противоестественным путем вытянула оттуда Могидин.
Она с болью отмечала эти изменения. Как прекрасно — возродиться свежей и обновленной. Но неужели исчезнут ее воспоминания, ее личность? Если она потеряет все воспоминания о времени в Мире Снов, она забудет и Гайдала? Могла ли она забыть себя?
Она стиснула зубы. «Это Последняя битва, глупая женщина, — подумала она. — Кого это волнует?»
Но ее волновало. Вопрос продолжал преследовать ее. Что, если вылетев из Мира Снов, Бергитте была исключена из числа Героев Рога? Она не знала, возможно ли это. Она уже слишком много забыла, чтобы знать это наверняка.
Но если так, то она потеряла Гайдала навсегда.
Снаружи шелестели листья, трещали ветки. Шум был таким громким, что она могла бы поклясться: мимо идут тысячи солдат, хотя знала, что в кулаке только пятьдесят троллоков. Тем не менее пятьдесят — это намного больше, чем ее отряд. Но она не беспокоилась. Хотя Бергитте и говорила Илэйн, что не слишком разбирается в военных делах, но если речь про то, как укрыться в лесу с командой соратников… такое она проделывала и раньше. Десятки раз. Может, и сотни, хотя ее воспоминания были не настолько четки, чтобы она могла сказать наверняка.
Вскоре почти все троллоки миновали пещеру, где прятался отряд. Чудовища двигались вниз по ложному следу, проложенному двумя айильцами. Бергитте напала на них сзади, сразу сбив стрелами несколько троллоков, прежде чем те успели ответить.
Троллока трудно убить. Часто в него нужно выпустить две или три стрелы, прежде чем он остановится. Правда, это если только стрела не попала ему в глаз или горло. Но Бергитте никогда не промахивалась. Один за другим падали от её стрел отродья. Троллоки спустились от пещеры вниз по склону, поэтому каждый убитый ими троллок становился очередным препятствием на пути остальных, карабкавшихся вверх, чтобы достать неожиданных врагов.
В считанные секунды от пятидесяти осталось тридцать. Когда они рванули вверх, половина Айил взялись за копья и отвлекли их, а Бергитте со второй половиной спустилась вниз по склону и напала на троллоков с фланга.
Двадцать превратились в десять, которые попытались удрать. Хотя бежали они по лесу, их легко было перестрелять — нужно только целиться им в ноги или в затылок, лишь бы опрокинуть на землю, а потом можно прикончить копьями.
Десять айильцев осматривали троллоков, втыкая в каждого копье: надо было удостовериться, что они все мертвы. Остальные собирали стрелы. Бергитте выбрала двух айильцев, Найчила и Лудина, и отправилась с ними на разведку.
Ее ноги ступали по знакомым тропам, эти леса были ей родными. Она знала их даже не по прошлым жизням, которые уже почти не помнила. А со времени своего нахождения в Мире Снов, когда она и Гайдал провели много лет в этих лесах. Она ощущала его ласковые прикосновения к своей щеке. Шее.
