«Я не могу потерять, — подумала она, стараясь подавить панику. — Свет, не могу. Пожалуйста…» Она не понимала, что с ней происходит. Она смутно помнила что-то, какой‑то спор о… О чем? Это она напрочь забыла. Человека ведь нельзя отрешить от Рога? Надо спросить у Ястребиного Крыла, он должен знать. Или она уже спрашивала?
— Чтоб мне сгореть!
Какое-то движение в лесу заставило ее остановиться. Она присела рядом со скалой, которая прикрывала ее. Где-то совсем близко трещали кусты. Найчил и Лудин исчезли при первом же звуке. Свет, до чего ж они хороши. Ей потребовалось время, чтобы определить, где они скрылись.
Она подняла палец, указала на себя, затем перед собой. Она проведет разведку; они прикроют ее.
Бергитте тихо двинулась с места. Она покажет этим Айил, что не только они умеют прятаться. Кроме того, это были
Она осторожно перемещалась, стараясь не попасть в заросли терновника. Кажется, этих растений стало больше в последнее время? Они, казалось, были одними из немногих, которые не вымерли совершенно. От земли шел затхлый запах, так не может пахнуть ни один лес, а зловоние смерти и гниения чувствовались еще сильнее. Она миновала еще одну кучу дохлых троллоков. Кровь на них высохла. Они сдохли несколько дней назад.
Илэйн приказала армиям забирать своих падших. Тысячи и тысячи троллоков двигались через эти леса, точно ползущие насекомые. Илэйн хотела, чтобы они везде находили только своих мертвецов, она надеялась, что это заставит их испытывать страх.
Бергитте двинулась туда, откуда слышались звуки. Она видела, как в тусклом свете приближаются крупные тени. Троллоки нюхали воздух.
Твари продолжали двигаться через леса. Они вынуждены были избегать дорог, где засада из драконов могла оказаться смертельной. План Илэйн предусматривал, что такие отряды, как у Бергитте, будут нападать на троллоков, заманивать их в лес и уничтожать, уменьшая их численность.
К сожалению, эта группа троллоков оказалась слишком большой, чтобы на нее нападать. Бергитте отступила, взмахом руки велев Айил следовать за ней, и тихо скользнула обратно к лагерю.
Этой ночью, после своей неудачи с армией Лана, Ранд сбежал в свои сны.
Он искал свою долину мира, появляющуюся среди рощи диких вишен в полном цвету, их аромат пропитывал воздух. Деревья, усыпанные красивыми белыми цветами с розовыми серединками, точно пылали в белом огне.
На Ранде была простая двуреченская одежда. После того, как он многие месяцы носил королевские облачения из сияющих, ярких и мягких тканей, свободные шерстяные штаны и льняная рубаха казались необыкновенно удобными. На ногах у него красовались прочные башмаки, похожие на те, что он носил в юности. Они подходили ему лучше, чем любые новые, как бы хорошо они ни были сделаны.
Ему теперь не позволяли носить старые башмаки. Если его обувь оказывалась хотя бы слегка поношенной, кто-то из слуг немедленно убирал ее.
Ранд оказался на холме в своём сне и сотворил себе посох. А потом двинулся вверх по горам. Это уже было не реальное место. Он создал его из воспоминаний и желаний, каким-то образом перемешивая и тягу к знакомому, и дух поиска. Запахло свеже опавшими листьями и древесным соком. В кустах возились какие-то зверюшки. Ястреб кричал где-то в высоте.
Льюис Тэрин знал, как создать вот такой осколок сна. Хотя он не был сновидцем, большая часть Айз Седай той эпохи так или иначе использовала Тел`аран`риод. Они в совершенстве умели создавать личные сны, некий приют внутри собственного разума, более управляемый, чем обычные сны. Они научились во время медитации входить в такой вот осколок сна, вроде этого, при этом позволяя телу отдыхать, как во время обычного сна.
Льюис Тэрин умел это делать и даже больше того. Он знал, как проникнуть в чей-либо разум, если человек вошел в его осколок сна. Как узнать, вторгся ли кто-то посторонний в его сны. Как показать свои сны другому. Льюису Тэрину нравилось
Льюис Тэрин редко использовал эти инструменты. Он оставлял их пылиться в дальней каморке своего сознания. Могло бы все пойти иначе, если бы он каждую ночь бродил по мирной долине вроде этой? Ранд не знал. И, честно говоря, эта долина тоже больше не была такой уж безопасна. Слева от него виднелась глубокая пещера. Он не создавал её. Еще одна попытка Моридина привлечь его внимание? Ранд прошел мимо, не оборачиваясь.
Лес уже не казался таким живым, как несколько секунд назад. Ранд продолжал идти, пытаясь подчинить эту землю своим желаниям. Но ему это не удавалось, пока он шел, лес становился все более серым, линялым.
Пещера появилась снова. Ранд остановился у входа в нее. Прохладный, влажный ветерок повеял на него, охлаждая кожу, он нес запах грибов. Ранд положил свой посох и шагнул в пещеру. Оказавшись в темноте, он сплел шар бело-синего света и подвесил его на уровне головы. Свет струился по влажным камням, поблескивал на гладких наростах и трещинах.
