Лан пронесся мимо падающего троллока. Он увидел свое знамя и около него тело знаменосца. Лан не знал, жив он или уже мертв, но рядом стоял Мурддраал, поднимая темное лезвие.
Лан налетел точно порыв ветра и вращающейся стали. Он остановил клинок Такан’дара своим выпадом, в пылу борьбы топча собственное знамя. Внутри пустоты не было времени для мыслей. Был только инстинкт и действие. Был…
Там был второй Мурддраал, поднимавшийся из-за упавшей лошади Андера. Так, ловушка. Сбить знамя, привлечь внимание Лана.
Два Исчезающих напали разом, по одному с каждой стороны. Пустота не дрогнула. Меч не чувствовал страха, а Лан в тот миг
Исчезающие в ярости стали сыпать проклятиями. Тот, что слева, бросился на Лана с усмешкой на бледных губах. Лан сделал шаг в сторону, парировал выпад твари и отрубил её руку до локтя. Он продолжил плавный выпад в ту сторону, откуда, как он знал, нападает второй Исчезающий, и отсёк ему ладонь.
Оба такан`дарских меча с лязгом упали на землю. Исчезающие замерли, оцепенев на миг. Лан отсек одному из них голову, потом со свистом вонзил меч в шею другого. Черная галька на снегу.
Он сделал шаг назад и резко махнул мечом в сторону, стряхивая с клинка остатки ядовитой крови. Оба Исчезающих свалились, бессмысленно размахивая клинками и молотя друг друга, темная кровь окрасила землю.
Около полутора сотен троллоков поблизости извиваясь рухнули на землю. Они были связаны с Исчезающими. Лан подошел к Андеру, чтобы вытащить его из грязи. Мужчина моргал и выглядел ошеломленным, его рука висела под странным углом. Лан перекинул Андера через плечо и схватил знамя в свободную руку.
Он побежал обратно к Мандарбу — земля вокруг него теперь была свободна от троллоков — и передал знамя одному из воинов Принца Кайселя.
— Проследите, чтобы его очистили, а затем снова подняли.
Он перекинул Андера поперёк седла, сел сам, потом вытер меч о седельное одеяло. Раны воина не выглядели смертельными.
Он едва расслышал голос принца Кайселя позади.
— Во имя Предков! — сказал тот. — Я слышал, что он был хорош, но чтоб так!.. О Свет!
— Хватит, — сказал Лан, оглядывая поле битвы и отпуская пустоту. — Подайте сигнал, Дип.
Аша’ман подчинился, посылая вверх красный луч света. Лан развернул Мандарба и указал мечом назад, к лагерю. Его солдаты собрались вокруг него. Они с самого начала собирались ударить и отойти. Они не соблюдали постоянную линию фронта. Для конницы это было бы сложно.
Его войска отступили, а салдейцы и арафельцы сменил их стремительно накатывающими волнами, чтобы добить троллоков и прикрыть отступление. Мандарб был мокрым от пота, двое закованных в броню мужчин — нелегкая ноша для коня, выходящего из боя. Лан придержал его, теперь они были вне прямой угрозы.
— Дип, — спросил Лан, когда они добрались до задних рядов. — Как Андер?
— У него сломано несколько ребер, рука и рана на голове, — ответил Дип. — Я бы удивился, если бы он сам смог досчитать до десяти, но я видал и похуже. Я исцелю рану на голове, остальное может подождать.
Лан кивнул, придерживая коня. Один из его охранников — угрюмый человек по имени Бениш, носивший тарабонскую вуаль, а поверх нее хадори — помог снять Андера с Мандарба; они держали его прямо перед лошадью Дипа. Одноногий Аша`ман наклонился из переплетения ремней, удерживавших его в седле, положил руку на голову Андера и сосредоточился.
Ошеломленное выражение исчезло из глаз Андера, уступив место осознанию. Тогда он начал сыпать проклятия.
«С ним будет все в порядке», — думал Лан, глядя на поле боя. Порождения тени теперь отступали. Наступали сумерки.
Принц Кайсель галопом подъехал к Лану.
— На флаге Салдейи развивается красная лента Королевы, — сказал он. — Лан, она снова едет с ними.
— Она их королева. Она может поступать как захочет.
— Тебе следует поговорить с ней, — сказал Кайсель, качая головой. — Это не правильно, Лан. Другие женщины из армии Салдейи тоже начали ездить с ними.
— Я видел салдейских женщин в драке, — сказал Лан, всё ещё оглядывая поле боя. — Если бы мне нужно было сделать ставку в состязании между одной из них и мужчиной из любой армии Юга, я бы ставил только на салдеек.
— Но…
— В этой войне можно получить либо все, либо ничто. Если бы я мог собрать всех женщин в Порубежье и дать им мечи в руки, я бы это сделал. Но покуда я воздержусь от глупостей вроде запрета сражаться опытным солдатам, полным боевого задора. Однако если ты решишь не придерживаться этого благоразумного поведения, то можешь сказать им все, что думаешь. Я обещаю тебе хорошие похороны, как только они позволят мне снять твою голову с кола.
— Я… Да, лорд Мандрагоран, — сказал Кайсель.
Лан достал подзорную трубу и оглядел поле.
— Лорд Мандрагоран? — спросил Кайсель. — Вы действительно думаете, что план сработает?
