Солдаты, разумеется, расступились перед Амерлин. Из-за того, что головной отряд находился здесь, а лагерь был расположен на другой стороне поля, потребовалось время, чтобы пересечь его. Она провела всё утро с Советом, обсуждали доставку сообщений и оценку местности. Она была рада, что позволила Совету взять на себя руководящую роль в войне, это было мудрым решением Сестер, поскольку многие из них жили уже больше столетия.
— Не люблю, когда меня заставляют так долго ждать, — сказал Гавин, держась рядом с ней.
Она посмотрела на него.
— Я доверяю оценке поля битвы, которую провел генерал Брин, как доверяет ей Совет, — произнесла Эгвейн, когда они ехали вдоль рядов Иллианских Спутников, на их блестящих нагрудниках красовались изображения Девяти Пчел Иллиана. Воины приветствовали её. Их лица были скрыты за коническими шлемами с решетками впереди.
Она не была уверена в том, что рада видеть их в своей армии, они более верны Ранду, нежели ей, но Брин настоял на этом. Он сказал, что армия у нее большая, в ней не хватает элитного подразделения — такого, как иллианцы.
— Я по-прежнему считаю, что мы должны были уйти раньше — сказал Гавин, когда они прошли через врата, ведущие к границе Кандора.
— Прошло всего несколько дней.
— Несколько дней, когда горел Кандор, — она чувствовала его разочарование. Она также чувствовала, сколь отчаянно он ее любил. Теперь он был ее мужем. Их поженила Сильвиана во время простой церемонии накануне вечером. Он все еще чувствовал себя неловко, зная, что Эгвейн утвердила собственный брак. Но если ты на вершине власти, что еще остается делать?
Когда они добрались до лагеря на границе Кандора, то увидели Брина, разъезжающего верхом и отдающего короткие приказы разведывательным патрулям. Подъехав к Эгвейн, он выбрался из седла и низко поклонился, целуя ее кольцо. Затем снова сел на коня и продолжил. Это было знаком уважения с его стороны, учитывая его статус командующего этой армии. Конечно, он выдвинул свои требования, и все они были удовлетворены, возможно, из-за того, что подходила ему; какому мужчине понравится, когда его отправляют на пенсию. А уж великому полководцу тем более там не место.
Эгвейн заметила Суан, скачущую рядом с Брином, и удовлетворенно улыбнулась. «Теперь он от нас никуда не денется».
Эгвейн изучала холмы на юго-восточной границе Кандора. Хотя на них не хватало зелени — как и везде в мире теперь — их мирное спокойствие не предполагало, что страна за ними полностью выжжена. Столица, Чачин, лежала в руинах. До того как отступить, чтобы сражаться вместе с остальными Пограничниками, королева Этениелле обратилась за помощью к Эгвейн и Совету. Они сделали все, что могли, посылали через порталы разведчиков на все основные дороги в поисках беженцев и отправляли тех, кого смогли найти, в безопасное место, если сейчас вообще кто-либо мог быть в безопасности.
Основная армия троллоков покинула горящие города и теперь двигалась на юго-восток к холмам и реке, которая шла по границе Кандора с Арафелом.
Сильвиана пристроилась возле Эгвейн, по другую сторону от Гавина. Она одарила его сердитым взглядом прежде, чем поцеловать кольцо Эгвейн. «Этой парочке придется прекратить огрызаться друг на друга; это становится утомительным».
— Мать.
— Сильвиана.
— Мы получили новые сведения от Илэйн Седай.
Эгвейн позволила себе улыбнуться. Обе они, независимо друг от друга, называли Илэйн ее званием, принятым в Белой Башне, а не королевским титулом.
— Ну и…?
— Она предлагает нам оборудовать место, куда будут направляться для исцеления все раненые.
— Мы же говорили о том, что Желтые будут перемещаться с одного поля битвы на другое, — ответила Эгвейн.
— Илэйн Седай обеспокоена тем, что Желтые могут подвергнуться нападению, — ответила Сильвиана. — Она хочет организовать постоянно действующий общий госпиталь.
— Это может быть гораздо лучше, Мать, — подсказал Гавин, потирая подбородок. — Поиск раненых на поле боя — работа кошмарная. Я бы не стал посылать сестер копаться в телах на поле сражения в поисках раненых. Эта война может затянуться на недели, даже месяцы, если полководцы правы. В конце концов Тёмный начнет забирать Айз Седай прямо на поле.
— Илэйн Седай была довольно… настойчива, — проговорила Сильвиана. Ее лицо напоминало маску, голос звучал ровно, но все же она умудрилась выразить свое крайнее неодобрение. Сильвиана была искусна в таких играх.
«Я помогла Илэйн занять этот пост, — напомнила себе Эгвейн. — Если сейчас ее не поддержать — это произведет дурное впечатление». Как и покорное следование ее указаниям. Возможно, они смогут остаться друзьями, несмотря на все.
— Илэйн Седай мудрая женщина, — ответила Эгвейн. — Скажите Романде, что все должно быть сделано именно так. Пусть вся желтая Айя соберётся для исцеления, но не в Белой башне.
— Мать? — спросила Сильвиана.
