Когда Типу не воевал, он предпочитал заниматься садоводством, торговлей шелком, но в особенности — административными реформами. В 1786 году Типу провозгласил себя падишахом — верховным правителем. Отныне в мечетях молитвы нужно было возносить во имя Аллаха и Типу. Одновременно с этим переименовали многие города. Населенные пункты получили исламские названия, которые заканчивались на bad, то есть «город». Так, Майсур стал Назарбадом, Кожикоде — Исламабадом. Изменились также системы мер и названия месяцев. Типу изменил даже календарь: исчисление велось не от Хиджры — переселения пророка Мухаммеда из Мекки в Медину, а от рождения Мухаммеда. Изменились и названия бывших в ходу монет.
На высокие должности Типу назначал только мусульман. Он любил язык фарси, на котором говорили преимущественно в Персии. Местные языки маратхи и каннада более не использовались в администрировании, и чиновники должны были говорить и писать только на фарси. Таким образом, в правительство могли войти только те, кто владел этим языком, других умений не требовалось. Должностная политика, которую тогда проводил Типу, напоминает работу британских консультационных агентств в сфере образования в странах Персидского залива, где наивысшим талантом консультантов является владение родным языком.
Практически сразу же после восхождения на трон Типу обзавелся множеством врагов. От его темперамента не мог ускользнуть никто. Он постоянно претворял в жизнь решения, которые дурно влияли на жизнь обычных людей. Султан вел себя крайне импульсивно. Его решения были внезапными, спонтанными и необдуманными.
Типу представлял собой типичного микроменеджера, если выражаться современным языком. Он отправлял подчиненным длинные письма с советами и подробными инструкциями. Ничто не казалось ему слишком ничтожным для того, чтобы вмешаться. Поскольку Типу окружил себя лакеями, он начал верить в то, что его мнение — абсолютная истина. Он стал считать себя чем-то вроде гения ренессанса, начал писать даже медицинские трактаты и сочинил опус по тактике и стратегии военного дела, который назвал «победой святых воинов». В книге было 18 глав, посвященных всем аспектам ведения боевых действий — от военных приветствий до ночных нападений.
Как все диктаторы, Типу страдал от паранойи, все время подозревая подданных в заговорах, — и это прекрасно видно из его писем. Государственные чиновники должны были жить в Шрирангапатнаме, но не могли посещать дома друг друга без ведома Типу. Если это происходило, им отрезали нос и уши в качестве наказания.
Как и халифа Аббасидов Гаруна аль-Рашида, Типу раздражали чужие способности, которые он считал угрозой своему авторитету. Правитель Биданура Мухаммед Аяз-хан был любимцем Хайдера Али. Хан был выходцем из наири, которого привезли в Майсур в 1766 году. Однажды Хайдер Али разозлился на сына и назвал его лжецом и трусом, заявив, что лучше бы его сыном был Мухаммед Аяз-хан. Придя к власти, Типу немедленно объявил Аяз-хана предателем, рабом и заговорщиком, который хотел разрушить благополучие султана. Аяз-хан сбежал в Бомбей (нынешний Мумбаи).
В 1789 году каждый индийский правитель был на ножах с Типу Султаном. Его жестокость и насильственное обращение пленников в ислам привели к тому, что местные князья хотели союзничать даже с британцами.
Нападение на Траванкор в декабре 1789 года заставило британцев, маратхов и низама Хайдарабада выступить против Типу единым фронтом. В марте 1791 года британцы пошли в наступление на Бангалор и захватили город. Типу был в бешенстве, он приказал повесить командующего обороной цитадели и наказать всех остальных. Армия низама отправилась на юг. Маратхи захватили Читрадургу. Столица была окружена. В феврале 1792 года Типу отправил советников на мирные переговоры, но предложенные условия его не устраивали, и он их отвергал. 23 февраля договор все же был подписан. Поскольку султану не доверяли, двоих его сыновей взяли в заложники. Впрочем, через два года их отпустили. Типу был вынужден отдать половину своих территорий британцам и их союзникам.
У Типу было много общего с иракским диктатором Саддамом Хусейном. Несмотря на то что весь мир был против него, Султан не хотел отступать ни на шаг, абсолютно утратив чувство реальности. Вскоре после заключения мирного договора Типу начал планировать новый военный поход. В 1797 году он отправил французам, правителям Ирана, Турции и Афганистана многочисленные письма, в которых предлагал начать в Индии джихад. Репутация Типу как воина-освободителя, таким образом, вызывает сомнения, поскольку он желал поделить Индию с французами. Он хотел выгнать британцев и превратить Индию в мусульманскую империю, но был не прочь уступить часть территорий французам. В письме к афганскому правителю Земан-шаху Типу заявлял, что глупость правителей Дели сияет ярче, чем солнце на небе, неверных нужно изгнать оттуда.
