Товарищам Кураеву, Бош, Минкину и другим пензенским коммунистам
Товарищи! Восстание пяти волостей кулачья должно повести к беспощадному подавлению. Этого требует интерес всей революции, ибо теперь везде «последний решительный бой» с кулачьем. Образец надо дать.
Повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не меньше сотни заведомых кулаков, богатеев, кровопийцев.
Опубликовать их имена.
Отнять у них весь хлеб.
Назначить заложников — согласно вчерашней телеграмме.
Сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал, знал, кричал: душат и задушат кровопийц кулаков.
Телеграфируйте получение и исполнение.
P. S. Найдите людей потверже.
Говоря современными словами, это пример классической риторики ненависти, использующей неопределенные термины для описания большой отдельной группы населения. В течение всего лета 1918 года Ленин подогревал в людях ненависть подобными провокациями. Он не останавливаясь писал, публиковал и озвучивал послания, в которых призывал к расправе с буржуями-кровопийцами и классовой войне. В брошюре «Государство и революция», опубликованной в 1918 году, Ленин ясно дал понять, что права отдельных граждан его мало интересуют. В своем тексте он высказался в пользу ограничений гражданских прав отдельных групп населения. Так, по его мнению, высший и средний класс было необходимо лишить гражданских свобод.
Когда в 1918 году был убит Моисей Урицкий, председатель ЧК, а потом была совершена неудачная попытка покушения на Ленина, вождь революции заявил, что пора готовиться к террору. Меньшевиков и социалистов-революционеров выкинули из Совета народных комиссаров и расстреляли без суда и следствия 800 человек.
Защитников демократии Ленин называл разбойниками. Чем больше власти он получал, тем сильнее нахваливал силу диктатуры. В конце 1918 года он писал: «Диктатура прямо основывается на силе без каких бы то ни было законодательных ограничений». Ленин не сдерживался ни в каких вопросах. К примеру, он терпеть не мог День святого Николая, который отмечали 6 (с 1918 года — 19) декабря. По мнению Ленина, человека, не появившегося на рабочем месте из-за этого дурацкого праздника, нужно было немедленно расстрелять. В свою очередь, когда другой член партии, Григорий Зиновьев, попытался остановить террор по отношению к среднему классу в Петрограде, Ленин возмутился и отправил телеграмму с требованием продолжить террор.
Отряды ЧК и возглавляемая Львом Троцким Красная армия также использовали методы террора — брали людей в плен и расстреливали заложников. К террору часто прибегали и при насильственном переселении крестьян. Как пишет британский историк Орландо Файджес, в 1918 году из Красной армии сбежало более миллиона человек, в 1919-м — уже 2 млн и в 1921-м — почти 4 млн. ЧК и спецотряды задержали полмиллиона дезертиров в 1919 году и еще 800 000 в 1920 году. Тысячи человек расстреляли, а их семьи были взяты в заложники по приказу Ленина.
Если дезертиры не возвращались в строй в течение 77 дней, наказание распространялось на их семьи. В одном из типичных рапортов ЧК от 23 июня 1919 года из Ярославской губернии можно прочесть следующее: «Когда мы начали расстреливать по человеку от каждой семьи, дезертиры покинули лес, где прятались, и сдались».
Согласно оценкам, подавление восстания в Тамбове в 1920–1921 годах привело к тому, что 100 000 крестьян вместе с семьями были взяты в заложники, 15 000 расстреляли. Для подавления восстания создали несколько концлагерей. Люди в лагерях содержались в ужасных условиях, и число жертв росло. В Астрахани крестьян-повстанцев и примкнувших к ним красноармейцев бросали в Волгу с камнем на шее. За пару дней было убито от 2000 до 4000 человек.
После того как белый генерал Врангель был разбит в 1920 году, революционеры Бела Кун и Розалия Землячка с согласия Ленина организовали в Крыму массовые убийства белых, в результате чего погибло более 50 000 пленных, среди которых были и гражданские. Солдатам обещали сохранить жизнь, если они сдадутся. Красный террор в Крыму стал самой массовой казнью за всю историю Гражданской войны в России.
Ленин до самого конца оставался безжалостным. Террор был политическим инструментом большевистского режима. Когда один из старейших соратников Ленина, Лев Каменев, потребовал ограничить полномочия тайной полиции, Ленин однозначно прокомментировал, что бандитов нужно расстреливать.
