Мао раздражали привилегии, которыми, по его мнению, пользовались бюрократы, однако это не мешало ему наслаждаться разнообразными изысками. То, что Мао требовал от других, не распространялось на него самого. Мао жил в роскоши. У него было несколько бассейнов с подогревом, и к нему на стол попадали лучшие деликатесы со всего Китая. Он не любил пользоваться ванной или душем — слуги обтирали его каждое утро смоченными в теплой воде полотенцами. Личная гвардия Мао состояла из красивых молодых женщин. Позже похожий отряд охраны создал ливийский диктатор Муаммар Каддафи. Министр обороны КНР Пэн Дэхуай называл рекрутинговый процесс в гвардию «подбором наложниц». Вдобавок к этому личные помощники Мао тщательно выбирали горничных и медсестер, которые также делили с Мао постель. Китайский лидер женился четыре раза, и у него было множество детей, однако это не мешало ему заводить связи на стороне.
Осенью 1953 года правительство постановило, что крестьянину для жизни достаточно 200 килограммов риса в год. Излишки необходимо было сдавать государству. Мао же решил, что крестьяне могут обойтись и куда меньшим количеством — 140 килограммами. А для некоторых будет достаточно и 110, решил он. Когда позже из провинций начали поступать отчеты, что отъем зерна вызвал голод и повальную нищету, Мао ответил, что марксизм предполагает жесткие методы. Возможно, Маркс с ним бы не согласился.
Крестьян стали объединять в коммуны, а позже — в коллективные хозяйства. По мнению Мао, здесь была лазейка, ведь крестьяне сначала забирали урожай домой и только спустя какое-то время отдавали часть государству. Все имущество должно было стать общественным. Крестьян обязали увеличить вдвое количество рабочих часов, а женщин — больше работать.
Началась новая чистка, в этот раз направленная на госслужащих. Согласно Мао, 5 % из них были тайными противниками революции — сознаться в этом им помогали допросы. Никто не знал, откуда Мао берет эти цифры, но 715 000 человек осудили за контрреволюционную деятельность.
Когда лидер СССР Никита Хрущев в 1956 году осудил сталинские репрессии, Мао пришлось изменить свою стратегию. Количество задержаний и казней надо было уменьшить. 27 февраля 1957 года Мао выступил с речью, в которой осудил сталинский террор и неожиданно призвал к плюрализму и критике в адрес Коммунистической партии. Кампания по усилению гласности и критики получила название «Пусть расцветают сто цветов». Стали появляться стенгазеты, критикующие Компартию и монополию на власть, люди стали требовать отказаться от принудительных политических собраний и публичных приговоров.
Если авторитарный лидер говорит, что можно свободно высказывать критику, необходимо быть осторожным — и не важно, о какой именно организации идет речь. В июне 1957 года в «Жэньминь жибао» — ежедневной народной газете — появилась передовица, в которой недвусмысленно заявлялось, что подвергать сомнению деятельность партии запрещается. Сотни цветов завяли или были вырваны с корнем. Хуже того: тех, кто осмелился выразить свое мнение, стали называть «ядовитыми отростками». Началась очередная кампания — на этот раз интеллигенцию обвиняли в контрреволюционных действиях. В отправленном партии послании Мао вновь оперирует непонятно откуда взявшимися цифрами: по его мнению, врагами революции являлись от 1 до 10 % «интеллектуалов». Более полумиллиона человек обвинили в симпатии правым взглядам и заставили участвовать в принудительных собраниях, на которых их клеймили как врагов партии и народа. Члены их семьи стали отверженными — остальные граждане начали их избегать. Мао провозгласил, что стране не нужны писатели, историки и художники. В то же время технических специалистов и ученых, таких как ядерные физики и инженеры, оставили в покое. Мао хотел обзавестись собственной атомной бомбой.
В 1957 году он держал речь в Москве и объявил, что не боится ядерной войны. Мао заявил, что готов принести в жертву 300 млн китайцев ради победы мировой революции. Подобные высказывания в свое время звучали из уст Наполеона, но он говорил «всего» о миллионе французов. Впервые эту речь, от которой шел мороз по коже, китайское телевидение показало в 2013 году в масштабном документальном сериале.
Мао хотел за пять лет сделать Китай супердержавой. Он назвал этот процесс Большим скачком, который начался в 1957 году. Мао публично унижал других важных партийных деятелей, таких как Чжоу Эньлай, за то, что они хотели уменьшить военные инвестиции Китая. Мао заявил, что Чжоу Эньлай — без пяти минут правый. В мае 1958 года Чжоу Эньлай был вынужден публично раскаяться в том, что препятствовал индустриализации страны.
