– Не рыпайтесь. Сегодня мы никого из ваших не убьем, если сами на пулю не броситесь. Срок вам – одна неделя. Мне нужны две корзины овощей, десять литров свежего молока, сыр, масло и пять куриц. А в следующий раз я вам молодых ягнят привезу, будете мне барашков разводить. Мы свое все равно возьмем, хотите этого или нет.
И как бы в доказательство его слов вернулись два бандита. Один волок по дороге убитого поросенка, а второй тащил три курицы с отрубленными головами.
– Думайте, – процедил сквозь зубы главарь и сел в свой внедорожник. Через минуту банда покинула поселок.
– У кого это они хрюшку взяли? – Леха сжимал кулаки и скрипел зубами. В нем бурлила злоба вперемешку со страхом.
– У Марины, наверное… пойдем проверим, – ответил Гор и зашагал вперед.
Женщина сидела на крыльце и плакала, прижимая к себе дочку. Лицо Ксюши побледнело от страха. Загон был сломан, лужица крови уже впиталась в землю, а вторая свинья испуганно пряталась в кустах смородины у забора.
– Сказали если не отдам… они Ксюшку заберут, – Марина разрыдалась, повиснув на могучем плече Федора.
– Скоты, бандюги недобитые, – выругался Борис и пнул биопротезом гильзу на траве.
Казак осторожно обнял женщину, мягко похлопывая ее по спине:
– Марина, Ксюша, пойдемте к нам. Леха, сгоняй за президентом, а ты, Горик, позови Грека и Василича. План нужен, думать будем.
Лев Николаевич ни на минуту не забывал о сыне, но когда оставался наедине с собой, эти мысли становились особенно болезненными.
Между тем Петр переживал сложные времена. Когда отца выгнали из бункера, жизнь в убежище для мальчика стала невыносимой. Александр Чернов – бывший первый помощник президента – стал настоящим диктатором. На следующий день после переворота он лично расстрелял несколько человек, которые, по его мнению, хотели совершить контрреволюцию. После этого в убежище не осталось людей, способных оказывать сопротивление новой власти.
– Шевелитесь, время обеда! Чтобы через десять минут все стояло на столе, – выходя из столовой, крикнул капитан по кличке Десятый, который стал правой рукой нового лидера.
Несколько женщин скорбно чистили картошку, продолжая оплакивать убитых мужей. Раньше это были высокопоставленные дамы: жены министров, генералов, ученых-академиков, а сейчас стали практически рабсилой.
Александр освободил своих сторонников от всех работ. Остальные жители бункера обслуживали нужды правящей элиты. Молодых женщин и девушек регулярно насиловали, солдаты постоянно напивались и могли избить любого, кого хотели. Одна из девушек, не выдержав нового порядка, повесилась в своей комнате.
Чернов понимал, что рано или поздно этот беспредел нужно будет прекратить и наладить дисциплину. Но пока он решил дать бойцам возможность оторваться в благодарность за переход на его сторону.
Самая тяжелая и грязная работа поручалась Петру. Его часто били, пытаясь сломать дух мальчика. Новый главарь оставил ребенка в заложниках, на случай если президенту удастся выжить, и он вернется, чтобы отомстить.
– Твоего отца уже сожрали зомби, или он сам стал одним из них, – часто повторял мальчику Чернов.
– Папа жив и еще с тобой разберется, – отвечал Петр и тут же получал очередной удар.
– Будешь так разговаривать, все зубы выбью и выброшу на улицу. Заразишься, и даже кусаться нечем будет, так с голоду и помрешь, вот умора, – хохотал Александр, который с каждым днем становился все более жестоким.
– Ну, так дай мне уйти и сдохнуть, если ты так меня ненавидишь!
– Когда захочу – тогда и отпущу, тебе еще надо свое отработать, за то, что ты тут съел. Папенькин сынок, привык, что у тебя все есть, – Чернов сплюнул на пол и ушел, оставив ребенка мыть туалет.
Несмотря на свое главенствующее положение, Александр являлся хитрым политиком и понимал, что его власть еще очень шаткая. Полностью он не доверял никому. У военных были свои порядки, и для них он – всего лишь чиновник, белый воротничок, вовремя перетянувший одеяло на себя. Диктатор боялся предательства и часто вызывал к себе то одного, то другого человека «из прислуги», подолгу с ним разговаривал, приказывал наблюдать за остальными и сразу же докладывать лично, если услышит что-то подозрительное. Таким образом, даже среди угнетенной части убежища появились стукачи и соглядаи, которые прислуживали новой власти.
Однажды Чернов вместе с Десятым поднялись на поверхность в защитных костюмах. Они осмотрели наземную территорию базы, затем покинули периметр и дошли до люка, через который выбрался Лев Николаевич. Следов президента не осталось. Главарь присел на камень, наблюдая, как бегут облака, и даже подумал снять шлем, чтобы вдохнуть настоящего воздуха, но удержался. Александру осточертел бункер, где у него уже начиналась паранойя и постоянно мерещился заговор. Чернову хотелось выбраться из убежища и поселиться одному в каком-нибудь домике в горах. Но пришлось возвращаться назад под землю. Даже оказавшись на вершине власти, он уже не чувствовал себя счастливым, это был тупик.
