— Что, разбомбить американский город? Планы на то имелись, и серьезные. Но тогда СК имело планы вообще на все, — полковник Фитцхуберт был старым чином Стратегического командования, призванным под знамена наравне с каждым ветераном с заметным пульсом и температурой тела выше окружающей среды. Или хотя бы с намеком на таковые. — Проверьте и перепроверьте координаты, нам предстоит попасть в игольное ушко.
Винтерсу подумалось, что это мягко сказано. Бомбы придется уложить на тонкую полосу пересеченной земли между застроенными районами Асьенда-Хейтс и людным городком Уиттьер дальше в долине.
— Впереди все чисто?
— Еще бы. Истребители болтаются на хвосте и ждут нашего хода. Как только Уриил выползет из логова, мы уступаем им дорогу. И его разносят пушки и ракеты. И, конечно, пара «Скальпелей».
— Что скажете?
Экран подсвечивал районы Лос-Анджелеса и показывал красные точки предполагаемых мест ударов бомб. Они сливались в покрывающую область Тернбул-Кэньон плотную массу. «Дух Детройта» шел почти перпендикулярным курсом на бомбардировку зоны между Асьенда-Хейтс и Ла Хабр. Им предстояла грязная работа — по той местности разбросаны немногочисленные дома, и шансы на выживание людей там невелики.
— Хорошая работа. Будем надеяться, выгорит, — Фитцхуберт качнул крыльями и настроил систему бомбовой навигации на оптимальный курс. Менее чем за век бомберы продвинулись весьма и весьма далеко. — Как вам «Би-один-Си»?
— Он прекрасен. Не могу дождаться получить наш, — Винтерс помолчал и неловко добавил. — Ребят, я бы хотел сказать спасибо за имя. За всех не спасшихся из города.
— Нам это показалось правильным. Вы в курсе, что два русских «Блэкджека» названы «За Шеффилд» и «За Детройт»?
Винтерс кивнул.
— Эти города нужно помнить, за наши жизни снова отстроить их будет непросто. Ага, вот мы и на месте.
Бомболюки B-1 открылись, выпуская дождь GBU-39.
Уриил сидел на земле со скрещенными ногами и сложенными за спиной крыльями. Каждый его нерв сосредоточился на передаче воли архангела собравшимся внизу людям. А те сопротивлялись, боролись даже сильнее, чем в Эвкалиптус-Хиллс и Эль Пасо. Словно сам факт возможности сопротивляться вдохновил людей превзойти прошлые достижения. Почти со мрачным отчаянием Уриил понял, что происходит именно это — и смысл творящегося от него не ускользнул. Каждый город, каждая атакуемая им отныне цель станет сражаться яростнее предыдущей. Уставший от усилий мозг лишь добавил горечи внезапному озарению Уриила — Рай обречен проиграть эту войну.
Происходящее вокруг Уриила едва ли тревожило. B-1 летели так высоко, что их звук почти не достигал земли и терялся в какофонии рева кружащих истребителей и воя городских сирен. Уриил растворился в усилиях даровать людям покой, и даже услышь он шум B-1, вряд ли сумел бы что-то предпринять. Бомбы уже падали.
О смертельной опасности его предупредила первая волна взрывов. Они вырвали Уриила из транса и сломали необходимую для упокоения жертв концентрацию. Бомбы взорвались в нескольких сотнях ярдов севернее, вспыхнув во тьме странно прекрасными оранжевыми цветами. Волна огня приближалась, и Уриил стал свидетелем формирования чего-то непонятного и ужасного: пожирающей все на своем пути, кошмарной и одновременно притягательной серебряно-голубой стены. Зрелище наполнила Уриила страхом. Как глубже других связанный со смертью архангел он знал, что серебряно-синяя стена означает погибель, и та пришла за ним. На краткий и страшный миг он вспомнил о забвении, куда отправил столь многие миллионы и которого боялся. И еще сильнее боялся возможно ждущих его за гранью.
Ступор сломала именно эта мысль — что ему придется ответить за все сотворенное с людьми во имя собственного спокойствия. Уриил взвился в воздух и отчаянно набирал высоту, позабыв труды даровать людям покой. Все, что он знал — пора убираться прочь от смертоносной серебряной стены и бежать через портал. Сердцем Уриил понимал, что больше никогда не принесет благодать забвения ни одной людской общине. Даже если архангел переживет эту ночь, люди сломили его дух.
Они победили.
Землетрясение тряхнуло клуб, заставив бутылки в баре и на столах звенеть и танцевать. Недолго казалось, что собравшиеся вот-вот впадут в панику, но хозяин клуба контролировал ситуацию. А еще он слушал полицейскую волну и знал истинную причину встряски.
— Леди, джентльмены и прочие виды, — шутка снова вызвала одобрительный гул толпы. — Без паники. Воздушные Силы нашли Уриила, а шум — это бомбящие его позицию на земле самолеты. Истребителей над нами — не сосчитать, они до него доберутся. О да, доберутся.
