Генерал Ван Аллен не удержался от мысли, что его эпитет имеет теперь вполне буквальное и осязаемое значение. Несмотря на число постоянных порталов между Землей и Адом, дорожные пробки оставались проблемой у каждого.
— Жертвы, сколько жертв?
— Данные еще поступают, сэр. На данный момент известно о потере более дюжины самолетов, включая один из «YAL-один». Некоторые сбиты трубными гласами, но в основном там жертвы дружественного огня. Над городом творилась дикая мешанина, мистер президент, неконтролируемая собачья драка. Когда «Би-один» выгнал Уриила с поверхности, архангел уже прорывал защиту. Еще несколько мгновений, и мы получили бы сотни тысяч смертей. Все висело на волоске. В итоге мы оцениваем число погибших от атаки Уриила на город между десятью и двенадцатью тысячами, и гораздо больше — от крушений сбитых самолетов. И еще больше — от обломков и взрывов боезапаса. Сэр, хотя мы и победили, но это самая кровавая битва на американской земле со времен Геттисберга[257].
Обама кивнул.
— Выясните, какая Лос-Анджелесу нужна помощь для взятия ситуации под контроль, и обеспечьте ее предоставление. FEMA уже заняты помощью беженцам с восточного побережья и Аллеи Торнадо[258], так что придется просить помощи извне. Возможно, у канадцев?
Заговорила Хиллари Клинтон.
— Они уже поставляют продуктовую помощь спасшимся от торнадо в Канзасе и Небраске. Кубинцы помогают уцелевшим после ураганов во Флориде. Эти погодные атаки бьют по нам все сильнее, сэр. По отдельности ущерб от каждой невелик, хотя единожды им повезло, но он раз за разом растет. Восточное побережье тяжко пострадало, это хорошо видно.
— Производство продуктов питания рухнуло, сэр, — вклинился министр Том Вилзек, заслужив злой взгляд государственного секретаря. — Продуктивность ферм Среднего Запада в свободном падении.
— С этим мы можем разобраться позже. Главная забота — бои сегодняшние. Генерал Петреус, как дела в Мьянме?
На экране возникло лицо Петреуса. Небо за его спиной было красным, намекая, что генерал снова в оперативном штабе в Аду.
— Мистер президент, боюсь, наш план удался лишь частично. Попытка отправить в Рай ядерное устройство провалилась. Похоже, Михаил-Лан разобрался в происходящем и отправил его обратно. Это стоило нам столицы и находившегося там отряда особого назначения. Из плюсов — старое правительство Мьянмы отправилось в Ад, — Петреус помолчал и ухмыльнулся. Он тоже осознал, как язык подстраивается под новую реальность. — Вполне в буквальном смысле. Сейчас создается новая гражданская администрация. В две тысячи одиннадцатом пройдут выборы. Мы также получили данные открытого Михаилом портала. Как только их внесут в программу, мы совершим прыжок с Земли в Рай.
— Рейд, генерал?
— Так точно. Соберем ударную группу размеров батальона и отправим в Рай с приказом расстрелять все в поле зрения и уйти. Я точно знаю подходящего для командования рейдом офицера. Помимо этого, конечно, остается Иерусалим. По готовности войск к портальному переходу мы направляем в Иерусалимскую долину корпус. Он прибудет туда к рассвету.
Обама сделал глубокий вдох-выдох.
— Прекрасная работа, Дэвид. Прошу, предоставьте мне имена ближайших родственников погибших там бойцов спецназа. Я напишу им лично. Тем не менее, у меня есть требующие срочного внимания тревожные новости. Израильтяне потеряли связь с одной из своих ядерных ракетных подлодок.
Генерал Петреус на дисплее поднял бровь и что-то неслышно пробормотал.
— Возможно, они просто сорвали собственный оперативный план, мистер президент. Такое уже случалось, и несомненно случится снова. Хотя я бы рекомендовал поднять по тревоге наши морские силы в Средиземноморье. Если Война за Спасение чему и научила, так это тому, что нас бьют вещами за гранью обычного кругозора.
Последним четким воспоминанием Мэдьюса был рывок за переключателем аварийной отмены. Затем все почернело, и его затянуло в световой тоннель. Он знал, что видел там нечто, слышал, чувствовал, но эти вещи находились за гранью понимания, и перевести воспоминания в сферу сознательного не удавалось. В голове крутилась фраза из любимой телепередачи: «знаете, каково это, когда слово вертится на языке? Вот так и с любой неродившейся мыслью». Воспоминания от рывка за переключателем до пробуждения ощущались именно таким образом. Почти рядом, но не поймать.
— Капитан Мэдьюс? — над ним склонилась сияющая яркой профессиональной улыбкой медсестра. — Добро пожаловать в Ад. Мы скоро вас устроим, организовано у нас все теперь гораздо лучше. Кстати, когда освободитесь, вас ждет друг. Теперь будьте добры просто заполнить эту форму.
Она вручила ему планшет с привязанной к нему куском пожеванной веревки традиционной дешевой ручкой. Мэдьюс прочел форму и понял, что перед ним почти точная копия постоянно заполняемой им при визите к врачу.
— Благодарю, мэм. Что дальше?
