Северус его почти не слышал. Он удивленно взирал на него снизу-вверх и никак не мог понять, что этот старик от него хотел. И причем тут вообще птица феникс? Северус не выдержал и нашел взглядом Тома, который в ответ смотрел на него самого. Том был абсолютно спокоен, он слушал Филиппа, но продолжал смотреть на Северуса, словно бы хотел что-то ему сказать, передать в мыслях. Северус прямо встретил его взгляд, но ничего, конечно, не услышал. Но этот его взгляд словно бы завораживал. Северус даже толком не понял, как так произошло, что он пропустил все, что говорили десятки людей вокруг, пока вдруг ему на плечо не легла рука. Северус вздрогнул от неожиданности и вскинул пугливый взгляд на Дамблдора.
— Тебе пора спуститься к ним, Северус, — шепнул Альбус и повел его вниз с трибун, прямиком в центр зала, где уже стояли Медичи и Принцы. Тома среди них не было.
— Зачем? — прошептал Северус, когда они остановились точно между двумя семьями.
— Мальчику нет даже девяти лет, — вдруг раздался твердый голос Октавиуса Принца. По нему было сложно сказать, но он точно волновался, шестым чувством понимая, что, скорее всего, проиграл. — Это какой-то цирк, Альбус.
— Это единственное верное решение, — возразил Альбус, — эти две семьи, Северус, претендуют на то, чтобы взять тебя под опеку. Но я хочу дать шанс тебе лично сделать выбор.
— Северус! — Эйлин словно бы только очнулась. — Сынок! — воскликнула она, едва сдерживая слезы. Северус невольно сжался. Он не привык к такому. — Ты же вернешься ко мне?
— Зачем? — прошептал Северус и оглянулся в поисках поддержки, но Тома он не видел. Он глянул на мать, и внутри стало так горько. Ему хотелось подойти ближе. Ему безумно хотелось подойти и спросить, за что она так с ним поступила?
— Потому что я люблю тебя! — Эйлин стерла слезу, и ее горе было таким настоящим. — Потому что на этот раз я не совершу ошибку. На этот раз все будет по-другому, я обещаю тебе! Может, я была не самой лучшей матерью, но ты же меня знаешь… я всегда желала тебя защитить. А эти люди… ты их совсем не знаешь! Они подлые… они жестокие…
— Такие же жестокие, как отец?
— Хуже! — воскликнула Эйлин. Северус перевел взгляд на Лучано, затем на Марселя. Они даже не дрогнули, стояли совершенно спокойные, почти безразличные. Но вот Марсель изменился в лице, он повернулся к Эйлин и глянул на нее с ничем не прикрытой яростью. Его губы исказились в отвращении.
— Лучше бы вам, мисс Принц, держать подобные обвинения за зубами. Ваш род не сгнил только благодаря милости моего отца, — выплюнул он. Северус был так удивлен. Он видел Марселя всего единожды, но даже подумать не мог, что он способен говорить так гневно, каждое его слово было буквально пропитано ненавистью.
— Много на себя берете, синьор, — Октавиус выплюнул это ничуть не мягче.
— Довольно, — оборвал всех троих Лучано, — Марсель, мы здесь не для выяснения отношений. А ты, мальчик, — обратился он к Северусу, — лучше скорее сделай выбор. В тебе течет кровь Медичи, а Медичи не разбрасываются своей кровью понапрасну. Выбирай нас, если хочешь добиться чего-то в жизни.
— Материальные блага без чувств… Северус, не совершай ошибку! — взмолилась Эйлин, делая шаг к нему. — Там никто не даст тебе материнской любви. Папа, почему же вы молчите?! — воскликнула Эйлин и обернулась на отца. Северус тоже взглянул на него и его сердце почему-то дрогнуло. Если там, на трибунах, этот человек казался твердым и решительным, то сейчас, казалось, он просто потерял всякие силы. Так просто смирился?
— Я знаю, — вдруг сказал Октавиус, — ты уже сделал свой выбор, Северус.
— Да, — кивнул Северус, — вы правы. Мне не нужна ее любовь, — ответил он так твердо и безжалостно, хотя еще несколько секунд назад напомнившая о себе жуткая обида заставляла его сомневаться. — Ты мне не нужна, мама. И твоя любовь мне не нужна, — повторил он. Эйлин осела на пол, словно бы действительно не ожидала такого его ответа. Но Северус даже не взглянул на нее, он подошел к медичи и остановился перед Марселем.
— Я пойду с вами, — сказал он. — Как мне к вам обращаться?
— Меня можешь звать по имени. Марсель. Ты сделал правильный выбор, — сухо кивнул Марсель. — Отец, останетесь с ним, пока я оформлю все оставшиеся бумаги?
— Конечно, Марсель.
— Лорд Принц, Эйлин, вы тоже должны расписаться в бумагах. Так как с этого момента я вступаю в полные права опеки над сыном, я запрещаю вам вмешиваться в его жизнь, если только он сам не пожелает иного.
— Он все еще остается наследником рода Принц, — Октавиус выпрямился и расправил плечи, возвращая себе силы. Он был сокрушен, но ничего не мог с этим сделать.
— Что же, — ничуть не смутился Марсель, — вы сможете обсудить с ним это, когда ему исполнится четырнадцать лет. Или же вы можете попробовать найти дочери достойную партию. Не мне учить вас этому, — отрезал Марсель.
— Северус, — Лучано наклонился к мальчику, не сводящему взгляда с Принца. — Я выполнил свою часть сделки. Готов ли ты сделать все, чтобы выполнить свою часть?
— Да, я готов, дедушка, — негромко согласился Северус. — Мы можем уже уйти отсюда?
