— Я боюсь? — Люциус аж побледнел от злости. — Хорошо, сыграем! Но не ной потом, что проиграл. — Северус смерил его мрачным взглядом и сложил руки на груди. — Иди за мной, — с этими словами Люциус кивнул на дверь и первым вышел в коридор. Северус поспешил за ним. Он спешно перебирал ногами, пытаясь не отставать от рослого подростка, и упорно прожигал его спину недовольным взглядом. — Сюда, — сказал Люциус и толкнул дверь по правую сторону, — это мой личный кабинет, — поведал он с присущей гордостью. — А эти шахматы отец заказывал специально для меня. Мастера несколько суток резали их из слоновьих костей, — похвастался Люциус, желая увидеть восхищение на лице мальчика, что обычно возникало во всех компаниях, в которых Люциус рассказывал о подарках отца, но Северус, наоборот, только помрачнел еще больше. Он не был восхищен, скорее… он был расстроен, что в его жизни подарков не было вовсе. — Считай, тебе повезло, что ты сможешь к ним прикоснуться.
— От вида фигур игра не изменится, — отозвался Северус и поглядел на изящные фигурки, которые Люциус выставлял на доску. Да, стоило отдать должное, работа с костью была потрясающей, но… порадоваться за мальчика Северус никак не мог. — Шахматы, как шахматы.
— Неужели тебя они совсем не впечатляют? — удивился Люциус и подхватил изящную ладью. — Взгляни, насколько тонкая работа.
— Угу, — нехотя согласился с ним Северус, — играть будем?
— Никакого чувства прекрасного, — недовольно заметил Люциус, вздыхая, но все же кивнул. — Играем. Но сначала разыграем цвет. Я возьму по одной пешке с каждой стороны, а ты назови руку. Давай.
— Левая, — сказал Северус. Люциус поднял руку из-под стола. Пешка оказалась белой. — Я хожу первый. Я не буду поддаваться, — предупредил Северус. Люциус в ответ хмыкнул. Он не чувствовал в маленьком мальчике настоящего соперника. Он был спокоен, даже расслаблен, абсолютно уверен в своей победе.
Партия началась. Ход за ходом Северус внимательно, насколько мог, оценивал ситуацию. Они не оговаривали время на обдумывание хода, поэтому он никуда не торопился. Люциус следил за его потугами скучающе. Он не волновался, что сможет проиграть, а потому тратить время на долгое обдумывание каждого шага не собирался. Но так было только в начале игры. Когда же он вдруг начал замечать, что его фигуры терпят крах, то тут же напрягся и поглядел на мальчика уже совершенно иным взглядом. Кажется, в этом взгляде на мгновение даже промелькнуло уважение. Но ведь не может же он проиграть восьмилетке! Люциус подался вперед, внимательно оглядел доску, запомнил каждую фигуру и занервничал. Положение его еще не было совсем ужасным, но он, очевидно, мог проиграть в любую секунду.
— Я же предупреждал, что не буду поддаваться, — пробормотал Северус, заметив, что противник начал относиться к игре серьезно. Теперь, когда Люциус тоже начал обдумывать каждый ход, а не бросать фигуры на абы как, играть стало намного интереснее!
— Я тебя недооценил, — признал Люциус совершенно спокойно. Северу вскинул на него удивленный взгляд, затем коротко кивнул, принимая такое признание своих заслуг, и вновь сосредоточился на доске. — Но я не собираюсь сдаваться.
— Хорошо, — Северус вновь кивнул.
Ребята замерли на своих местах, ни на мгновение не отвлекаясь от фигур друг друга. Напряжение за столом стало практически осязаемым. Время исчезло. Никто из них не знал, как долго уже они разыгрывают эту одну единственную партию. Люциус, стоит отдать ему должное, был весьма подкован в этой игре умов, он смог улучшить свое положение, однако его наплевательское отношение в самом начале занчительно снизило успех на победу. У него было несколько вариантов, держаться и ждать, когда мальчик допустит невнимательную ошибку, или попытаться свести игру к ничье. Первое было бы ему предпочтительнее, однако это была бы игра на удачу, а удачу Люциус не признавал, как навык. Нет, его задача — ничья.
— Ничья… — грустно заметил Северус, просчитав все возможные оставшиеся ходы. — Дальше играть эту партию нет смысла. А ты молодец, — похвалил он, подняв взгляд на старшего мальчика. Люциус был до сих пор очень напряжен, он сдул с лица выпавшую из прически белоснежную прядь и невольно улыбнулся, что смог свести игру к ничье.
— Да уж… ты тоже, — кивнул Люциус и протянул руку мальчику, — в следующий раз я буду относиться к тебе серьезно с самого начала.
— Хорошо, — Северус слегка улыбнулся ему и ответил на рукопожатие, — тогда, может, сыграем еще раз?
— Мне кажется, мы не успеем доиграть, — Люциус глянул время, — я думаю, что взрослые скоро закончат свое дело. Пойдем, я все же покажу тебе сад. А сыграем в другой день, если выдастся шанс, — предложил Люциус. Северус согласно кивнул и поднялся на ноги, следуя за парнем в сад.
— А ты часто играешь в шахматы? В школе, например. Ты же учишься в Хогвартсе, да?
— Учусь, — подтвердил Люциус, — но в школе у меня нет соперника. Поэтому я почти не играю.
— Тогда я стану твоим соперником в школе, — уверенно сказал Северус. Люциус глянул на него несколько недоуменно.
