— Принц будет молчать, — уверенно возразил Том. — Опека над мальчиком официально передана Медичи. Закон на стороне Медичи. А Медичи подписали договор со мной. У Принца нет никакой власти в этом вопросе. Он прекрасно понимает это, иначе не прислал бы мне четыре письма за неделю с мольбой о встрече.
— Ты сказал, что мальчик не является гарантом соглашений. Но значит ли это, что ему еще предстоит таковым стать? — поинтересовался Лестрейндж, не веря в то, что Лорду мог просто приглянуться мальчишка, без какой-либо выгоды. Такого еще не бывало. — У Октавиуса нет других наследников, а его голос так важен в совете. Сейчас, когда он так сломлен, мы могли бы…
— Нет, — довольно жестко оборвал его Том. — Мальчик не станет разменной монетой.
— С каких пор ты полюбил детей? — непонимающе нахмурился Эйвери и глянул на Абраксаса с Маршалом, которые сохраняли серьезное спокойствие. — Не ты ли все время напоминал нам о том, как тебе безразличны чужие жизни? Люди — лишь инструмент для достижения цели. Вот наша цель, мы должны забрать голос в совете и продавить наше мнение, установить свой закон. И ты не собираешься воспользоваться такой замечательной возможностью? — возмутился Эйвери, но тут же прикусил язык, почувствовав мощь придавившей его к стулу магии. Его бросило в жар. Эйвери испуганно сжался, стирая со лба крупные капли выступившего пота, и опустил взгляд, выражая покорность.
— Меня не интересует Принц и его чертов голос в совете тоже. Северус — мой! — Том неожиданно повысил голос, чувствуя ужасающий гнев, поднявшийся после слов Эйвери. — И я не собираюсь отдавать его старику ни при каких условиях. Пусть подавится своим голосом. Я или заберу голоса, которые отдают Дамблдору, либо уничтожу всех. Третьего не дано.
— Но ты собираешься встретиться с Принцем? — наконец подал голос Абраксас. — Возможно, что он отдаст свой голос, не претендуя на ребенка. Магистр Медичи был настроен весьма воинственно по отношению к Октавиусу. Портить и без того натянутые отношения для Принца — верх неблагоразумия. А идти против твоих идей в совете сейчас — все равно, что идти против собственного внука и его официального опекуна.
— Я пока не ответил на его письма, — ответил Том, немного успокоившись. — Я оставил вас четверых, чтобы объявить о своем решении и обозначить нынешние реалии. Медичи согласны на сотрудничество с Англией в нашем лице. Договор о взаимных обязательствах будет утвержден и подписан в ближайшие несколько месяцев, как только мы придем к соглашению с нынешним главой семьи. Я намереваюсь увеличить свое влияние на зарубежные магические сообщества за их счет. Что касается Великобритании… Мы выдвинем Абраксаса в качестве кандидата на место министра магии.
— Рейтинги весьма низкие, — хмуро заметил Маршал.
— Ну так займитесь, наконец, делом, — выплюнул Том, — и сделайте так, чтобы рейтинги взлетели. Список предложений для совета Лордов — лишь начало. Ближайшие выборы состоятся через два года. Либо мы побеждаем политическим путем, либо совершаем насильственную революцию. Я выйграю в любом случае.
— Мы сделаем все, чтобы одержать победу на политической арене, — подал голос Лестрейндж. — Новый упор на детей будет полезен не только среди древних фамилий. Почему бы нам не заняться попечительским советом школы? Сейчас главой совета является Макгаффин. Старик весьма ленивый, он давно не обращает внимания на нужды замка. Сместить его и заменить кем-то из наших людей будет не так сложно.
— Полагаю, ты этим и займешься, — протянул Том весьма холодно. Попечительский совет будет полезным подспорьем в этой игре. Помощь школе, студентам — даже Дамблдор не сможет сказать ничего против такой инициативы.
— Как прикажете, мой Лорд, — кивнул Лестрейндж, и не думая возражать.
— А что делать мне? — подал голос Эйвери, придя в себя.
— Займись спортом, — приказал Том.
— Что? — не на шутку удивился Эйвери. Остальные тоже недоуменно нахмурились.
— Я сказал, займись поддержкой спорта от лица Абраксаса Малфоя. — На этот раз Эйвери согласно кивнул, поняв свою задачу.
Том написал ответ ровно через три дня. Его послание было коротким и весьма лаконичным. Дата, время, место. Ничего лишнего, только лишь одно условие — встреча один на один. Том не потерпит на встрече Эйлин, и уж тем более не потерпит Дамблдора, если тот соизволит напроситься в команду поддержки. В последнее Том хоть сам и не верил, но не исключал подобной возможности. Дамблдор мог появиться неожиданно, в самый непредсказуемый момент. Никогда нельзя было упускать его из внимания. Он есть, даже когда его нет, — как бы странно это ни звучало.
— Смотри, Том! — Северус выбежал в холл из столовой, стоило только расслышать шаги на лестнице. Он добежал до мужчины, привычно схватился за его рубашку и показал ему тетрадь, в которой тренировался красиво писать. — Смотри, как красиво вышло!
