Еще в 1897 году старообрядцы основали у себя в Замоскворечье легальные «Пречистенские курсы», на которых рабочим и мещанам читали лекции о социализме. К 1905 году на них обучалось около полутора тысяч человек. Могло бы учиться и больше, но старые здания не вмещали всех желающих ознакомиться с идеями Маркса-Энгельса. Тогда одна из представительниц могущественного старообрядческого клана Морозовых внесла 85 тысяч рублей на строительство трехэтажной марксистской школы. Землю под школу выделила Городская дума, которую возглавлял старообрядец Гучков и в которой они составляли большинство до 1917 года включительно. Более того, эта школа на изучение марксизма получала субсидию из городского бюджета в три тысячи рублей ежегодно.
После теории последовала практика. Русский буржуа Хлудов так описывал революцию 1905 года: «Старообрядцы-рабочие убедились, что социальная справедливость не вечна, если зависит от воли иноверных частных собственников и даже единоверных предпринимателей, вынужденных играть по правилам падшего мира. Старообрядцы стали бороться не с владельцами фабрик, а с антихристовой властью, мешавшей по-христиански распоряжаться фабриками и заводами».
Старообрядский буржуа Прянишников в конце 1890-х годов кооптирует в марксистско-сектантские ряды эсдека, студента из Женевы Владимира Бонч-Бруевича, которому он присваивает псевдоним «дядя Том».
Бонч-Бруевич осенью 1898 года отправляется в Англию в качестве организатора переселения духоборов с Кавказа в США и молокан – в Канаду.
На деньги старообрядских купцов «дядя Том» устраивал там сектантов, а в 1904 году стал издавать для их российских собратьев журнал «Рассвет», где он фигурировал как «старообрядец Семен Гвоздь».
После победы Революции 1917 года «дядя Том» становится главным посредником между сектантами всех толков и верхушкой советской власти. В частности, Бонч-Бруевич возглавил и провел операцию по возвращению из-за границы десятков тысяч инакомыслящих, бежавших от царского режима (его брат Михаил, кстати, был активнейшим участником заговора против царя в 1917 году, а затем стал первым генералом, перешедшим на сторону большевиков). В воззвании, распространявшемся в США и Канаде, говорилось: «Рабоче-крестьянская революция сделала свое дело. Все те, кто боролся со старым миром, кто страдал от его тягот, – сектанты и старообрядцы в их числе, – все должны быть участниками в творчестве новых форм жизни. И мы говорим сектантам и старообрядцам, где бы они ни жили на всей земле: добро пожаловать!»
К 1924 году все сектанты (первыми – в 1921 году – почти все толки старообрядцев) подписали с советской властью «Акты о лояльности». Все эти акты были примерно такого содержания: «Мы убедились в том, что Бог в своем провидении расположил сердце и дал мудрость нашему незабываемому В.И. Ленину и его ближайшим сотрудникам в деле мудрой организации единственного в мире прогрессивного и своевременного аппарата» (из резолюции V Всесоюзного съезда адвентистов седьмого дня).
Государственные историки до сих пор нас убеждают, что рабочие во время революции 1905 года боролись за 8-часовой рабочий день и прочие экономические блага. Правда, они забывают, что на старообрядческих предприятиях были одни из самых передовых по мировым меркам порядки, а самой жесточайшей эксплуатации в России подвергались рабочие с заводов «иностранных инвесторов».
Даже министр финансов Вышнеградский признавал: «Наши христолюбивые старообрядцы – преображенцы в российском торгово-фабричном деле – великая сила; они основали и довели нашу отечественную заводскую промышленность до полнейшего совершенства и цветущего состояния!»
Старообрядческая буржуазия еще к 1900 году ввела на почти всех своих предприятиях девятичасовой рабочий день, бесплатные общежития, медицину и ясли для детей. Вот как, например, описывали современники «Товарищество мануфактур А.Я. Балина»: «Проживание было бесплатным. Для постройки собственных домов выдавались беспроцентные ссуды с погашением в течение нескольких лет. Медицинское обслуживание – бесплатно. Имелась каменная больница с мужским и женским отделениями, операционной, амбулаторией, аптекой и отдельным родильным домом. В лесу располагался противотуберкулезный санаторий. Инвалиды и престарелые были на содержании Товарищества, для престарелых – богадельня. В поселке пятилетнее профтехучилище с вечерними классами для рабочей молодежи. Обучение и пользование библиотекой – бесплатное. Народный дом с театральным залом для профессиональных и самодеятельных артистов. Один процент прибылей отчислялся в пенсионный фонд. Право на пенсию имели проработавшие на заводе не менее 25 лет, а также потерявшие трудоспособность, вдовы с малолетними детьми, бездетные вдовы и круглые сироты. Пенсия назначалась в размере 25-50% средней заработной платы. Рабочим предоставлялась возможность участвовать в прибылях предприятия».
