На мне лежало клетчатое одеяло, которого прежде я не видела. Наверное, Алан меня укрыл, пока я спала. В комнате царила кромешная тьма и полная тишина. Надо мной возвысилось небо, в котором притаилась луна, освещая кровать. Слева от меня я услышала чье-то дыхание. Когда я повернулась, то увидела спящего Алана. Он лежал на правом боку, лицом ко мне. Все еще в рубашке и костюме. Я подметила, что еще никогда не видела его спящим. Грудная клетка равномерно поднималась и опускалась. Правая рука служила для него, как подушка, а левая рука почти дотягивалась до меня. Зеленые глаза, которые я прежде видела лишь смотрящими куда-то, сейчас же были прикрыты веками. Все люди такие умиротворенные, когда спят? Смотря на Алана, меня снова клонило в сон. Я почувствовала, как от него исходило тепло, и словила себя на мысли, что он мог и замерзнуть вот так. Медленно перевернувшись на другой бок, я пыталась накрыть его одной стороной одеяла. Оно было не широкое, поэтому я находилась достаточно близко от Алана, чтобы у меня была возможность прижаться к его грудной клетке. Он и вправду был теплым. Внезапно, я почувствовала, как левая рука Алана, которую я недавно и незаметно согнула в локте, двинулась и прижала меня к нему. Теперь я находилась еще ближе. Его подбородок упирался мне на макушку, а левая рука крепко обнимала, не отпуская.
– Не спишь? – спросила я очень тихо.
– Наверно заметила, что я не очень часто сплю, – ответил он. Сначала я не поняла, о чем шла речь, затем взглянула на свой палец и увидела на нем пластырь.
– Зачем ты пыталась это сделать? – спросил он уже серьезней. Он знал и мне, внезапно, стало неловко за то, что я рылась в его вещах.
– Я не знаю, – мой голос дрогнул, и я почувствовала, как меня снова охватывает это чувство.
– Все словно горой навалилось на меня, и, мне кажется, я не продержусь, Алан.
– Тише, – успокаивал он меня, хотя на моих глазах уже хлынули слезы. – Не заставляй меня беспокоится о тебе чаще, чем это есть на самом деле, Лиз.
– Не буду.
– Пообещай, – он взглянул на меня, и я пыталась любым способом не показывать свои слезы. Ах, если бы только здесь не было окна. Мы бы лежали в полной темноте, и все было бы намного проще.
– Обещаю. Только… Будь рядом, – ответила я, встретившись с ним взглядом. Не слишком ли много я прошу от него?
Он нежно поцеловал меня в лоб и прижал крепче. От него пахло тем самым мылом, приятным парфюмом и шампунем. Было так тепло и так приятно находится возле него. Я буквально забыла обо всем, что произошло сегодня, и не беспокоилась о происходящем. Я спряталась. Спряталась ото всех вместе с Аланом. Алан заставил меня забыть все плохое, и я благодарна ему за это в десять тысяч раз. Он был всегда там, когда я нуждалась в нем и сейчас он тоже здесь.
– Спасибо, – сказала я, и медленно потянулась к его губам, но остановилась на полпути, потому что меня жутко клонило в сон. Вопрос: "Что я творю?" также крутился у меня в голове, словно напоминание. Было уже поздно на что-либо отвечать, потому что Алан сам потянулся ко мне и накрыл меня нежностью. Я почувствовала это каждой клеточкой тела. Мягкие губы накрыли мои и я окончательно провалилась в сон. Последнее, что я почувствовала, это как сердце Алана быстро забилось под моей ладонью. Я точно буду жалеть об этом завтра. Но завтра пока нет, поэтому оно не имеет значение сейчас.
На следующее утро я проснулась оттого, что услышала, как Алан разговаривал с кем-то по телефону обо мне.
– Ты, вправду считаешь, что равиоли вкуснее лазаньи? – спросила мама, укладывая блюдо в плиту, которую приоткрыл Брайан.
– Я думаю, если мое равиоли будет участвовать в состязании лучшего блюда, то оно обязательно обыграет твою лазанью, – усмехнулся он, смотря как выпекается наш ужин.
– Ты просто еще не пробовал, – убеждала его мама.
– Дорогая, скажи, что моя лазанья всегда получается прекрасной на вкус, – обратилась она ко мне. Их взгляды были устремлены теперь на меня, в ожидании конечного вердикта. Мама с Брайаном стояли у плиты, а мы уже успели сесть за стол, и наблюдали, как они посыпали лазанью пармезаном.
– Я скажу, что равиоли Брайана будет вынуждено уступить место отменной лазаньи мамы, – ответила я, смотря на них. Мама бросила в него победный взгляд, а Брайан вздохнул, принимая поражение. Не выдержав, мама поцеловала его щеку и направилась к раковине вымывать тарелки и готовится к ужину. У Брайана на лице застыла счастливая улыбка.
