Мы вернулись ко мне домой. Я сказал Джейсону, что надо поставить машину в служебный гараж, а дальше он волен делать все, что ему заблагорассудится.
– Вы уверены? Вам действительно больше не надо никуда ехать?
– Уверен. Приятных выходных. – Я вылез и подошел к водительскому окошку. – И последнее. О том, где мы были сегодня, никому ни слова.
– А что, если это все-таки «три-эс»?
– Тогда тем более. Если они вдруг объявятся, сразу звони мне.
Парень молчал, уставившись на рулевое колесо.
– Но я хочу сказать, директор Беннет… Мне очень жаль, что с вашим отцом случилось такое.
Эти слова с незначительными вариациями я слышал в течение всех трех дней. По меткому выражению одного человека, они служили «психологическим болеутоляющим». Но в устах Джейсона они звучали по-другому.
– Спасибо, Джейсон. Я очень признателен.
– Мои родители вместе пошли на ретайрмент. Это было три года назад. Может, вы их помните? Фрэнк и Леони Ким.
Я вдруг вспомнил. Правда, их контрактами занимался другой паромщик, но я следил за ходом дела, поскольку оно касалось парного ретайрмента. Такое случалось, хоть и редко. Они дважды продлевали свой брачный контракт и прожили вместе почти шестьдесят лет. У Фрэнка, который был старше жены, были проблемы со здоровьем, требовавшие дополнительных документов. Их питомец учился в университете.
– Разве мы с тобой тогда встречались?
Он кивнул:
– У них дома, в день отправки на паром. Там собралось много народа, но вы отвели меня в сторону и пожали мне руку. И еще похвалили за смелость.
– Серьезно?
– Да. Это было очень здорово.
Все это время Джейсон терпеливо ждал, когда я вспомню тот день.
– Джейсон, прости. Я должен был вспомнить.
– Мы встретились, когда у вас хватало своих забот, – пожал плечами он. – Все нормально.
Нет, черт возьми, это было ненормально. Я постучал по крыше машины и отошел.
– Увидимся в понедельник.
Я посмотрел вслед отъезжающему седану, затем пошел в дом, странно пустой. Потом я вспомнил, что Элиза отправилась за город. Я проверил записи на автоответчике. Она не звонила. Подумав, я решил, что это даже к лучшему. Что я сказал бы ей? Как объяснил бы события этого странного и тревожного дня?
Я смешал себе коктейль и отправился в патио. Со стороны моря наползали густые облака. Температура падала. Я сел в шезлонг и вскоре продрог. Пришлось взять из спальни одеяло, но и оно не согрело меня.
Я вернулся в дом, чтобы сделать вторую порцию, и услышал телефонный звонок. «Наконец-то Элиза позвонила, – подумал я. – Хочет заверить, что не забыла о моем существовании». Но я услышал совсем другой голос – правда, тоже женский.
– Привет, господин паромщик. Кажется, я не вовремя?
– Кэли?
– Сейчас проверю. Да, это явно Кэли.
Излишне говорить, что ее звонок застиг меня врасплох.
– Как ты нашла мой номер?
– Вы слышали про телефонные книги? Сейчас расскажу, почему звоню… Вы говорили, что ваша жена… модельер. Так? Я подумала: может, она придумает какую-нибудь одежку для меня? И еще: я хотела бы с нею познакомиться. Раз уж мы с вами друзья и все такое.
– Кэли, а твои родители знают, что ты мне звонишь?
– Ну вот, опять, – вздохнула она.
– Думаю, надо бы сказать им.
– Вы все усложняете.
– Что усложняю?
– Да это! – с отчаянием выпалила она. – Вообще все! Я лишь пытаюсь помочь!
Похоже, с девчонкой происходило что-то странное и настораживающее.
– Кэли, у тебя все в порядке? Ты одна или рядом кто-то есть?
– Вы же говорили, что вам грустно? Вот я и пытаюсь поднять вам настроение. Уфф!
– Кэли, со мной все в порядке. Спасибо за заботу, но беспокоиться не о чем. Я прекрасно себя чувствую.
– Значит, я могу встретиться с ней?
– Думаю, да. Только не сегодня.
– Как по-вашему, я ей понравлюсь?
Я решительно не понимал, почему это так важно для Кэли.
– Почему бы и нет? – ответил я вопросом на вопрос.
– Потому что, если я ей не понравлюсь, это… будет меня цеплять. И еще я хотела вам сказать, что какое-то время вы меня не увидите.
– Да? И куда же ты едешь?
– Сама не знаю. Просто подумала, что надо предупредить. А то вдруг вы начнете волноваться.
Я не знал, как относиться к столь откровенному заявлению. Подождав – Кэли, однако, ничего не добавила, – я сказал:
– Что ж, спасибо, что сообщила. Жаль, конечно.
– Мне тоже, – призналась Кэли. – Ну вот, сказала вам все, что собиралась. Спокойной ночи, господин паромщик.
После этого она повесила трубку. Я стоял в полном замешательстве и смотрел на телефонный аппарат. Может, она попала в беду? Ее слова казались какими-то… зашифрованными, словно она хотела о чем-то сообщить мне и при этом не подставиться.
Телефон снова зазвонил.
– Мистер Беннет? Это Тия Димополус.
Мне понадобилась пара секунд, чтобы переключить мысли. Тия намеренно обратилась ко мне «мистер Беннет». Если бы Элиза была рядом, она решила бы, что мне звонят с работы.
– Надеюсь, вы не в обиде на меня за то, что я потревожила вас дома.
Совсем наоборот. После событий этого дня я чувствовал себя одиноким и взвинченным. Мне не хотелось оставаться наедине со своими мыслями.
– Ничуть, – ответил я и добавил: – Я тут один.
