Их взгляды бы на мгновение встретились: Дэн был бы просто обескуражен, а Чонсок бы улыбнулся ему лишь одним уголком рта, прежде чем его вывели бы из квартиры и под конвоем увезли прямо в тюрьму для пожизненно осужденных. Да, такой финал своей истории Чонсок видит самым эффектным, но все же старается его избежать.
Все пошло по одному месту, когда к нему обратилась Лим Седжон с просьбой, о которой Чонсок поклялся молчать.
Подделка полного пакета документов – смена личности – самая дорогая из его услуг. И самая энергозатратная. Обычно Чонсок редко берется за такую работу, потому что это не самое благодарное дело, и после этого он выжат как лимон. К этому добавляется еще и вынужденная личная встреча, ведь для того, чтобы стереть прошлого тебя и создать нового, в двадцать первом веке недостаточно заламинировать кусок туалетной бумаги с новой фотографией, филигранно вписав фальшивый идентификационный номер. Главным врагом фальсификаторов стала биометрия.
Отпечатки пальцев, скан сетчатки – Чонсок благодарен, что хотя бы мочу еще сдать не просят, чтобы пройти досмотр на границе. Ведь стоит бравым пограничникам заподозрить человека, как его тут же отводят в специальную комнату, где просят вывернуться чуть ли не наизнанку, чтобы доказать, что он не обманщик и не пытается сбежать из страны. И если вскроется обман, то горе-беглец быстренько сдаст своего дилера документов. А раз он все же видел его вживую – фантазия о спецназе вскоре может оказаться явью.
Но каким бы хладнокровным Нам Чонсок ни старался быть в вопросах работы, Лим Седжон удалось его чем-то зацепить. Ее не испугали риски, ее не отпугнула огромная сумма, которую затребовал Чонсок. Она была спокойна и решительна. И самое страшное, что она могла сделать для Чонсока, – рассказать ему свою историю. Объяснить, зачем ей понадобились его услуги и что она собирается совершить. Это не могло не тронуть.
Все шло гладко: он бы сделал ей фальшивые документы, получил свое вознаграждение и пожелал счастливого пути в этот огромный мир. Но в тот момент, когда она впервые попала в квартиру Ким Дохёна, Чонсок понял, что просто так Лим Седжон не удастся исчезнуть с лица земли.
Теперь она не просто узнала его в лицо. Она знает его имя и знает, где он живет. Обладает информацией, которая является настолько секретной, что единственное, что остается Чонсоку, – сделать так, чтобы ни единая душа не смогла даже подумать, что новой девушки прежде и вовсе не существовало.
Будь на месте Седжон кто-то другой, все обернулось бы иначе. Но Седжон оказалась той, кто не осуждает людей за их поступки. Она скорее обрадовалась встрече с Чонсоком в квартире Дэна, чем испугалась. Ему даже показалось, что теперь она еще больше преисполнилась своей безумной идеей, ведь не будет же Чонсок подставлять своих же знакомых. И он еще раз убедился, как тесен мир. А особенно – Сеул. Ведь Лим Седжон могла обратиться к кому угодно на просторах даркнета со своей просьбой, но выбрала именно его.
Как ей удалось это? Может, судьба? Может, это знак, что Чонсок должен поделиться с Дохёном той информацией, которой обладает? Но поможет ли это Седжон или же сделает только хуже?
Он уже не раз задавался этими вопросами, которые теперь мешают сладко спать по ночам, и его это порядком выбешивает. Он ведь не должен переживать об этой девчонке, но он переживает. Быть может, потому что Дэн, похоже, влюбился в нее? Иначе почему Дохён просидел все выходные в их гостиной, бренча на своей гитаре?
– Не пойми меня неправильно. – Чонсок плюхается в кресло рядом с Дэном. – Но почему ты не занимаешься этим в своей комнате?
– Здесь акустика лучше, – небрежно бросает тот, не отрываясь от своего занятия.
Чонсок с любопытством разглядывает его сосредоточенное лицо. Они уже не первый год живут под одной крышей, но, кажется, он впервые видит Дэна таким увлеченным. Не говоря уже о том, что он снова не расстается со своей вишневой гитарой. Ловко перебирает струны, напевая себе под нос строчки, которые теперь накаляканы не в книге Оруэлла, а аккуратно – почти любовно – выписаны ровными столбцами в блокноте. Раньше такие блокноты были разбросаны по всей квартире, Дохён часто писал в них песни и музыку. Но Чонсок уже давно не видел его за этим занятием. А теперь похоже, что рок-звезда Ким Дохён вновь засияла. Да с такой силой, что, судя по количеству исписанных страниц, Дэн выдал целый музыкальный альбом. Чонсока всегда поражало, как творческие люди могут выплескивать накопившиеся эмоции через свои произведения, будь то музыка, стихи, проза, картины или танцы. Абсолютно все, через что человек может выразить свои чувства, не говоря о них напрямую.
