Она толкает его в спину, чтобы Дэн наконец сдвинулся с места. А когда он отходит, то сама усаживается на освободившийся барный стул и залпом допивает виски Дохёна. Пришлось попотеть, чтобы договориться с артистами насчет выступления Дэна. Седжон уверена, что его песня растопит сердце Джуын. Она пыталась не придавать этой мысли особого значения, но думать, что когда-то Дохён и Джу станут парой, и знать, что, скорее всего, они станут парой сегодня вечером, – разные вещи.
Седжон поднимает руку и просит бармена повторить. Обычно она пьет виски с колой, но сегодня кола явно будет лишней. Пока готовится ее напиток, она поправляет рукава черного пиджака, которые закрывают еще не до конца зажившие гематомы на руках. Сегодня она тоже проигнорировала белые элементы в одежде, нарядившись во все черное. Но ради подруги надела короткое шелковое платье без выреза и черные колготки, чтобы на ногах никто не разглядел следов ужасной ночи. Хотя ей сегодня вообще из дома выходить не хотелось.
– Я уже говорил, что ты шикарно выглядишь? – Сонги не может отвести взгляда от ее колен.
– Раз пять, наверное, – игриво улыбается она, подпирая рукой щеку.
– А что это сейчас было между вами? – осторожно интересуется Фугу, не зная, что хочет услышать. Больше не смотрит вниз, а вглядывается в ее лицо, пытаясь перехватить внимание.
– Похоже, что у твоего дружка боязнь сцены, – хмыкает она, забирая у бармена свой виски. – Не думала, что для него это проблема.
Фугу снова не получает желанного ответа. И он уже собирается уточнить свой вопрос, как противное «раз-раз» в микрофон режет слух всему клубу. Музыка затихает, и все на танцполе обращают свое внимание в сторону сцены, где уже стоят музыканты, а среди них и Дохён. Он неловко топчется на месте, держа одной рукой гриф зеленой гитары, а второй придерживает микрофон, зажимая между пальцами медиатор.
Если бы кто-то сказал Сонги, что видел Дохёна на сцене после затянувшегося кризиса, Фугу бы никогда не поверил. Рассмеялся бы в лицо точно так же, как смеялся над чувствами Дэна пятнадцать минут назад. Когда он скажет об этом Ынгуку, тот тоже подумает, что Фугу прикалывается. Но это совсем не прикол. Инструмент не Дохёнов, ведь вишневый лакированный корпус гитары Сонги видел тысячу раз. Но это не столь важно. Важно то, что Дэн стоит на сцене, поправляет ремешок и, судя по всему, собирается петь. В голове просто не укладывается.
– Я украду лишь пару минут вашей славы, обещаю, – пытается шутить Дохён, оглядываясь на группу, и парни улыбаются ему, одобрительно кивая и показывая большие пальцы вверх. – Я бы хотел поздравить именинников с днем рождения, – начинает Дохён, уже обращаясь к зрительному залу. Проводит взглядом по собравшейся толпе и мельком замечает, как Джуын уже пробирается в первые ряды, а рядом с ней и Миён с Ханной. Но он притворяется, что все еще не видит их. Улавливает в толпе Тэмина, который уже демонстративно поднимает бокал, и слегка улыбается ему. – Ребята, спасибо что пригласили на свой праздник. Надеюсь, что ваша жизнь сложится намного удачнее, чем у героя этой песни.
Дохён убирает руку с микрофона и дает музыкантам знак, что можно начинать. Раздается глухой стук барабанных палочек друг о друга, и Дохён начинает петь.
– Почему он не сказал, что написал эту песню для нее? – недовольно бубнит Седжон, нервно вгрызаясь в дольку лимона, которую подали к виски.
Она сидит спиной к барной стойке, чтобы смотреть выступление, и боком к Сонги. Поэтому ему приходится чуть дотронуться до ее предплечья, чтобы привлечь к себе внимание.
– Он написал песню? – спрашивает он, буравя Седжон взглядом.
– Да, я своими глазами видела черновики. – Она небрежно отбрасывает лимонную корку на барную стойку, проводя кончиком языка по уголку кислых губ. – Он же музыкант, разве нет? – И слизывает сок поочередно с каждого пальца, глядя куда-то в пустоту.
– Седжон, он больше не занимается музыкой.
Фугу поражен ее спокойствием. Они с Ынгуком долго пытались убедить Дохёна не бросать группу, одуматься и вернуться к тому, что ему по-настоящему приносит удовольствие. А Дохён клялся, что больше никогда не вернется к музыке, проклиная и бывшую группу, и свою мечту, и самого себя. Но Седжон сейчас сидит и говорит об этом как о чем-то само собой разумеющемся. Словно Дохёну это далось по щелчку пальцев.
– Дэн инструмент в руки не брал с тех пор, как ушел из группы, – серьезно произносит Сонги, и Седжон резко фокусирует взгляд на его лице.
– Но я сама видела у него в комнате гитару и текст песни, – озадаченно начинает припоминать она. – Еще несколько недель назад.
– Ты была у него дома? – напрягается Сонги.
– Я была там по делу. И я точно уверена, что он написал ее для Джу, чтобы рассказать о своих чувствах.
