Женя, не глядя, протянула назад бутылку, он не выхватил ее торопливо, а взял, чуть помедлив, стало быть, сила воли еще осталась. Не совсем безнадежен.
Тем временем машина уже въехала в город.
– Ну, все-таки, куда вас отвезти? – спросила Даша.
– Домой… – мечтательно произнес Ушаков. – Принять ванну, выпить кофе, переодеться… хотя нет, – он собрался, лицо отвердело, в глазах появился жесткий блеск. – Домой нельзя. Никак нельзя. Там нас наверняка уже караулят!
Видно было, что он с явным сожалением расстался с мыслью о горячей ванне. Тут Женя его очень понимала. Она повернулась и наклонилась ближе к нему.
– Неужели у вас нет никакой норы, о которой никто не знает? – Женя сказала это очень тихо, пристально глядя на своего спутника. – Неужели нет какого-то тайного убежища? Вы – одинокий волк, а у такого непременно должно быть секретное логово…
– Ты права! – в глазах Ушакова мелькнуло странное чувство. – Есть у меня одно местечко… о нем точно никто не знает… как же я сразу о нем не подумал…
– Ну, так куда едем? – нетерпеливо повторила Даша. – У меня вообще-то дел полно… Дезька вон болталась два дня неизвестно где, нужно ее к ветеринару везти на осмотр…
– Едем на Васильевский остров, – решительно проговорил Ушаков, – там через реку Смоленку и остров Голодай… там возле набережной есть такой маленький островок, на нем яхтенная стоянка… не то что вы подумали, – Андрей перехватил Женин взгляд. – Там стоят не дорогие фешенебельные яхты, как у Абрамовича и ему подобных, а суденышки попроще. И у меня там есть лодка. Ну, то есть, скорее небольшой катер с каютой. О нем никто не знает, я туда никого не приводил, так что там можно отсидеться.
Женя вздохнула – вот какого черта он выбалтывает все перед незнакомой девицей? То есть она вроде бы ничего себе, опять же раз Дейзи ее любит, то доверять ей можно. Но все-таки хоть какую-то осторожность нужно проявлять. Нет, ну, эти богатые мужчины… Уверены, что весь мир вертится вокруг них…
– Ладно, едем на Голодай…
Через полчаса машина пересекла Смоленку, проехала мимо нового вантового моста, связавшего Васильевский остров с Петроградской стороной, и свернула на набережную. Несколько лет назад вся эта часть острова была еще застроена старыми, мрачными заводскими зданиями, но сейчас их снесли и территорию расчищали под будущую коммерческую застройку.
Здесь же, в паре сотен метров от берега, виднелся покрытый деревьями островок, к которому вел старый деревянный мост, перекрытый толстой ржавой цепью. Вокруг этого островка стояли на приколе разномастные катера, лодки и прочие частные плавсредства. Изредка среди них попадались и дорогие современные лодки, но основной контингент был классом попроще.
Чуть в стороне от моста, под сенью огромного дерева, двое или трое мужчин жарили мясо на мангале. Аппетитный запах разносился по всей округе.
– Ну, вот здесь мы и выйдем… – проговорил Ушаков с прежним странным смущением.
– Ладно, – Даша затормозила, – еще раз – спасибо вам за Дейзи. Дейзи, скажи спасибо…
Дейзи негромко заворчала, потянулась к Жене слюнявой пастью, но потом смущенно покосилась на хозяйку.
– Прощай, моя хорошая! – проговорила Женя и потрепала собаку по холке.
– Держись, подруга, – шепнула Дашка, выразительно покосившись на Ушакова, – думаю, нахлебаешься с ним по полной, но, возможно, что и выйдет…
– Ты о чем? – изумилась Женя.
– Все о том же, о нашем, о девичьем, – улыбнулась Дашка, – и вот еще что… – Женя почувствовала, как она сунула ей в карман скрученные в трубочку деньги, – придержи на всякий случай, только ему не показывай. Хотя он мужик хороший, но нужно самой руку на пульсе держать… – она влезла в машину и хлопнула дверцей.
– Ты откуда знаешь, что хороший? – машинально спросила Женя напоследок.
– Дейзи сказала! – крикнула Дашка в открытое окно.
Машина исчезла.
