Силин ударил первым. Он сделал выпад вперед и привычным отработанным годами движением руки обрушил удар на ребра врага. Тут же отскочил в сторону и встал в позицию. Сабля впереди, клинок острием вниз, ноги чуть согнуты в коленях, свободная рука заведена за спину. Савелий провел рукой по боку. На грязной рубахе расплывалось кровавое пятно. Не зря Силина обучали и враги, и товарищи польскому сабельному бою- крыжовке. Но Савелий как ни в чем не было сделал быстрый шаг вперед и почти без размаха нанес рубящий удар лопатой. Удар был очень сильный, но стальной штык скользнул вниз по подставленному сабельному лезвию. Савелий вперед провалился. Силин мгновенно контратаковал. Кистевой удар сабли Силина снова пришелся по ребрам. Уже с другой стороны. Удар был такой мощный, что несколько ребер упыря с неприятным звуком хрустнуло.
Но это его не остановило. Он крутанул лопатой, и Силин с трудом уклонился от удара. Она с шумом пролетела над его головой, чуть задев волосы. Точные удары Силина вместо того чтобы ослабить упыря, казалось, только придали ему силы. Здоровенная лопата летала как пушинка в его руках, не давая Силину шансов перейти в атаку. Только уклонения и маневр.
Но Силину было тяжело. Дыхание начало сдавать, пот лил градом, но сам он был по-прежнему сосредоточен и внимателен. Сабля впереди, весь собранный Силин раз за разом читал действия противника, ожидая своего шанса. Савелий сделал очередной выпад, неожиданно, как ему казалось, ударив лопатой как копьем. Силин поставил горизонтальный блок, сделал чуть заметное движение в сторону. Савелий снова провалился и тут Силин начертал саблей знаменитый «крыж», тот самый, который дал название этому стилю боя. Сабля взметнулась вверх, прочерчивая воздухе крест и со страшной силой обрушилась на плечо Савелия.
Металл глубоко вошел в плоть упыря, перерубая мышцы и кости. Савелий замер, удивлено взглянув на разваленное ударом плечо. Лопата выпала из его рук. Кровь забила фонтаном из раны, воздух рвался из разрубленных легких наружу. Кровавые глаза начали светлеть. Так, если бы сосуды, питавшие их, потеряли кровь. Савелий зашатался.
А дальше произошло то, чего Силин совершенно не ожидал. Упырь здоровой рукой перехватил его саблю у самой гарды, усмехнулся криво и со всей силы ударил Силина головой в лоб. Оглушенный Силин разжал руку и выпустил саблю. Удар был такой мощный, что Силин отлетел на пару метров, спиной упал на землю и на мгновение потерял сознание.
Силину повезло. Борьба с ним не прошла Савелию даром. Нечеловеческие силы тоже были не безграничны. Упырь с трудом выдернул саблю из своего плеча. И тут же упал на колени. Ноги не держали его. Кровь ручьями текла из ран, лишая его сил. Он оперся на силинскую саблю и поднял голову в поисках противника. Силин только начал приходить в себя. Он делал безуспешные попытки встать на ноги и уже начал немного приподниматься на локтях. Савелий понял, что нужно спешить. Используя саблю, как костыль, поднялся на ноги, выпрямился и сделал шаг в направление поверженного врага. Шаг, потом еще один. Все что мог сделать Силин — это немного отползти от надвигающегося на него чудовища. Савелий подошел почти вплотную. Улыбка скривила его губы.
— Анна моя!
Он занес саблю над головой. И в этот момент грянул выстрел.
Пуля просвистела где-то совсем в стороне, сбив несколько небольших веток. Савелий оглянулся. Младший сын кузнеца выронил из рук пистоль и побежал в сторону деревни. Пока Силин сражался с упырем, малец сбегал за его лошадью и вытащил один из пистолей, притороченных к седлу. Отвязанный конь увязался за ним. Вот только воспользоваться оружием мальчик как надо не сумел. И теперь конь Силина, испугавшись выстрела, стрелой промчался мимо кладбищенской ограды. Савелий усмехнулся и вернулся в Силину.
Но того рядом уже не было. Шатаясь, как пьяный, из стороны в сторону, он тяжело бежал по тропинке вслед за своим конем.
Савелий плюнул кровавой слюной на землю и хотел уже было пуститься в погоню. Он перехватил поудобнее силинскую саблю. Но в этот момент солнце на мгновение выглянуло из-за низких серых туч. Отблеск луча золотом отразился от образа Богородицы. Савелий зарычал от боли, выронил оружие, закрыл глаза руками и тяжело опустился на колени около своей могилы. На какое-то время он застыл, не отрывая рук от лица. Потом с трудом поднялся и сделал несколько неуверенных шагов. Отошел от лежавшей на земле сабли, снова взял оброненную лопату здоровой рукой и заковылял за удаляющимся врагом. С каждым шагом он набирал скорость и через несколько мгновений уже бежал за Силиным тяжелой трусцой. Покореженный, с разрубленным плечом, с лопатой в руке, грозный и неумолимый, как сама смерть.
Савелий догонял Силина. С каждым шагом он был все ближе и ближе. Силин убегал. У него не было времени даже оглянуться. Он бежал, что было сил. На разрыв легких. Но через свое хриплое, клокочущее дыхание Силин слышал мерные и ритмичные шаги преследователя. Все ближе и ближе. Бух-бух-бух.
