– Ага, – понял ее молчание однозначно Егоров и строго добавил: – Тут все гораздо тоньше. Если бы все было так просто, мы бы давно вывели предателя на чистую воду. Я думаю, Ермилов тебя… – он хотел было сказать «вздрючит», но решил смягчить формулировку, вспомнив, что перед ним девушка: – Отругает.
Титова фыркнула, догадываясь, какое слово скромно заменил Василий.
– Напрасно хихикаешь, выговор тебе обеспечен за самодеятельность. Ты сама доедешь до дома?
– В смысле? Я и сюда сама приехала. Еще детское время. А я сотрудник, а не просто девица, за которую вы меня принимаете.
– Я не принимаю, – улыбнулся Егоров.
Он сочувствовал Титовой, как сочувствуют молодому сотруднику, только начинающему отвоевывать свое место под солнцем. Инне приходится бороться вдвойне интенсивнее. Мужской шовинизм никто не отменял. Вася признавал, что Титова девушка не бестолковая и даже в чем-то полезная, однако и он не мог побороть порой желание поручить что-то Шмелеву, чтобы уязвить ее самолюбие, хотя Шмелеву доверял в меньшей степени.
– Спасибо за котлетину. Это жена у вас так вкусно готовит? – в коридоре Титова понизила голос, оглядываясь на дверь комнаты.
Выпроводив Инну, Василий расположился на кухне. Достал с полки несколько листков бумаги. Написал на четырех из них фамилии подозреваемых. На листке с фамилией Модестова нарисовал нечто, отдаленно напоминающее пятую точку инженера.
«Проще как следует отработать подольских Модестова и Васильева. Соваться в закрытый город проблематично… Там все друг друга так или иначе знают. Это насторожит его».
Над фамилиями Васильева и Кинкладзе он пририсовал египетские пирамиды. Модестову добавил что-то наподобие фонаря, имея в виду улицу красных фонарей в Амстердаме, и луковицу тюльпана.
«Египет, – размышлял он, – что же, вполне подходящее место для вербовки. Во-первых, там масса англичан. Во-вторых, как рассказывал Горюнов, там обучались и обучаются многие из будущих и действующих бойцов ИГ[17]. А у нас в деле замешан Салибаев. – Вася сделал пометку над египетскими пирамидами: “Проверить, не был ли узбек в Египте и где именно по стране путешествовали Васильев и Кинкладзе. Только в курортных городах или и в Каире, где в мечетях радикального толка обучают боевиков?” Кинкладзе еще ездил в Турцию. Голландия и Польша – тоже варианты вполне сносные для вербовки».
Василий занес руку над фамилией Климова: «Что же ты, друг, никуда не ездил? Нелюбознательный, что ли?»
Он снова вернулся мыслями к Египту. Припомнил даты, в какие совершались туристические поездки Васильевым и Кинкладзе. «Тогда они еще были выездные, – прикинул Егоров. – А значит, не слишком-то могли заинтересовать чьи бы то ни было спецслужбы. Выходит, тут дело не только с выездом за границу. Чтобы вербовать, должна быть заинтересованность. Эти двое в то время были только студентами или начинающими специалистами, не связанными с Министерством обороны, так вроде говорил Леня? Это надо прояснить. Могли ездить и с допуском. Вопрос в форме. Со второй и третьей формой это возможно, но тогда уж для МI6 была бы ясна их перспектива».
Вася перетасовал листочки с записями, как колоду карт. «Что если выводы Лени изначально не верны и не все подозреваемые входят в списки Снегирева и Щеглова? Банда пернатых какая-то. Что если это все-таки кто-то совершенно другой, может, не из среды ученых, а, скажем, военный, кто участвовал в испытаниях составляющих «Ратника»? Надо поднять еще документы по испытаниям – какие комплекты и где испытывали. Научно-исследовательские работы вели десятки предприятий оборонки. – Василий припомнил, что испытания проводили порядка десяти, а то и больше в/ч и на различных полигонах Миноборны. – Да, но Снегирев и Щеглов вместе оказывались только на определенных и встречались там с конкретными людьми из предоставленных ими списков. А если предположить, что однажды наш предатель сталкивался в одной из командировок со Снегиревым, но там не было Щеглова. Затем в другой поездке взаимодействовал со Щегловым в отсутствие Снегирева. Или вовсе со Щегловым пересекался в другой обстановке. Надо просмотреть тех персонажей, кого нет в списке Щеглова. Только у Снегирева. И отработать их причастность к работе над комплексом “Ратник”. Тоже вариант. Озадачу завтра Говорова».
