Перед выходом она набросила на себя куртку, и правильно сделала: на улице давно стемнело и было прохладно. Хотя и в прохладе есть своя прелесть, – будто в воздухе уже витают зима, снег и Рождество. Радостно поёживаясь, Розалинда думала обо всём этом и ещё о том, как приятно будет выбирать рождественский подарок для Бена… Нет-нет, стоп! – сказала она себе. Неизвестно ещё, как там всё обернётся у папы с Иантой. А вдруг сегодняшний вечер им не понравится? Может, они потом даже разговаривать друг с другом не захотят – и тогда, конечно, Пендервикам придётся встречать Рождество без Бена. «Пожалуйста, пусть им понравится!» – прошептала Розалинда в темноту.
В ответ из темноты послышался… нет, не шёпот, просто лёгкий шорох – обернувшись, Розалинда успела разглядеть кончик оранжевого хвоста, исчезающий в зарослях форзиции.
– Азимов! – позвала она. – Ази-мов!
Впрочем, зная этого кота не первый день, она понимала: не захочет – не выйдет, зови не зови. Розалинда нахмурилась. За Азимова она не очень беспокоилась – вернётся домой, никуда не денется. Но как он вообще мог сбежать? Неужели Ианта забыла закрыть окно? Или для котов теперь и входная дверь не преграда? Будь Розалинда чуть-чуть поподозрительнее, она бы, наверно, на этом месте задумалась и даже заволновалась. Но в следующую секунду ей пришлось выкинуть Азимова из головы, потому что из машины, которая подъехала к дому Гейгеров, вышли Ник и Томми, и теперь всё внимание Розалинды было направлено на то, чтобы их не замечать. Она очень старалась и, пожалуй, совсем бы их не заметила, но тут произошло неожиданное: Томми перебежал через дорогу и встал прямо перед Розалиндой. Он даже смотрел прямо на неё. А она на него. И он даже с ней заговорил.
– Хочу тебе что-то сказать. Можешь не слушать, но я всё равно скажу.
В руках у него, как всегда, был футбольный мяч, Томми перебрасывал его с руки на руку: туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда. Не выдержав, Розалинда отобрала мяч.
– Не могу, когда перед глазами всё время что-то мельтешит. – Она сунула мяч под мышку. – Так что?
– Что?
– Томми!
– А, да. Извини. – Он несколько раз судорожно сглотнул, потом уставился на мяч, зажатый у Розалинды под мышкой. Кажется, ему это помогало. – Мы с Трилби сегодня расстались. То есть я с ней расстался, потому что… Не важно почему.
– Почему?
– Я сказал, не важно.
– Ну и прекрасно. Мне это совершенно не интересно.
– Потому что с ней скучно. Но я же не мог ей так прямо сказать. И она решила, что я с ней порвал из-за тебя. Хотя я ей объяснял, что мы с тобой просто соседи, а что ты такая красивая – так это вообще ни при чём…
Розалинда оборвала его:
– Я красивая? Ты правда так думаешь?
– Ну наверно… И Ник так говорит, и ребята… Только не спрашивай меня, какие ребята, это уж точно не важно.
– Не важно так не важно, дело твоё.
– В общем, я вот это хотел тебе сказать. Всё. Ну, я пошёл?
Розалинда вдруг поняла: прежде чем он уйдёт, она обязательно должна сказать ему что-то хорошее. Про его разрыв с Трилби. Почему должна, почему непременно хорошее и, главное, – что сказать? Ничего этого она не знала, поэтому они ещё довольно долго стояли молча. Розалинда мучительно пыталась придумать что-нибудь хорошее, Томми пожирал глазами свой мяч.
Наконец она произнесла:
– Я рада, что вы с ней расстались. Только не воображай, что я так говорю, потому что я по тебе скучала. Ничего подобного.
– Не скучала. Понятно.
– Ну, разве что капельку – на мизинчик… Или даже меньше.
– Я и не ждал, что ты будешь скучать.
– Вот именно! – Она тряхнула головой, всем своим видом показывая, какая это нелепая мысль – чтобы Розалинда Пендервик скучала по Томми Гейгеру. А потом сказала: – Извини, я пойду. Мне нужна белая уточка.
Если Томми надеялся услышать что-то ещё, он никак этого не показал. Забрав у неё мяч, он отправился на свою сторону улицы, а Розалинда осталась на своей. Она снова поёжилась, но уже не радостно, как раньше, а просто так, от холода. Взбежав на крыльцо Ианты, она потянулась к дверной ручке, когда дверь внезапно открылась перед ней сама.
Розалинда удивилась. Неужели Ианта вернулась домой так рано? Но это была не Ианта: из двери навстречу Розалинде шагнул человек – точнее человечек, потому что он был маленького роста – в больших очках. Наверно, друг Ианты, решила Розалинда, иначе откуда бы он оказался у неё в доме? А! Понятно тогда, как Азимов сбежал.
– Добрый вечер, – приветливо сказала она. – Это вы выпустили Азимова?
– Какого ещё Азимова? – Человечек прикрывал что-то прямоугольное полой пиджака, но оно не помещалось под пиджаком, и Розалинда всё равно увидела, что это такое.
– Азимова, кота Ианты, – пояснила она очень вежливо: даже сейчас подозрительность ещё не проснулась в ней. – Скажите, а зачем вы прячете её ноутбук?
– Это мой ноутбук, – сказал человечек.
– С уточками?
Человечек вдруг испугался, на миг Розалинда его даже пожалела – такой он был маленький и ничтожный. Но миг прошёл, и она поняла, что это вовсе не друг Ианты. И тогда её жалость обратилась в гнев. Никто не смеет воровать на улице Гардем, никто, ни один человек! И ни один человечек тоже.
