Наблюдавший за битвой Торкел видел, как Сауруг сорвал нелепо сидящий на нем халдорский шлем, и запустил им в не ожидающего такого поворота событий противника. Орк двигался с удивительной для его, казалось бы, грузного тела быстротой. Он, как и его собратья, не нес щита, и в одной руке держал излюбленное оружие своего народа — спящую смерть, а в другой узкий бронебойный кинжал из коттеронской стали. Вот он пронзил кинжалом грудь налетевшего противника, мгновенно вырвал его из падающего на землю тела и в развороте всем плечом нанес следующий удар, срубивший голову у следующего врага и породивший фонтан дымящейся на холодном воздухе крови из перерубленной шеи.
У наблюдавших все это воинов резерва еще не вступившего в бой в душе заиграл боевой азарт. Все сомнения, если они и были, отошли на второй план, уступая место наполнявшей каждую клеточку тела жаждой крови.
Сейчас они пойдут в бой и покажут, что ни в чем не уступают этим зеленокожим воинам Пустошей!
— Наша очередь, — получив приказ, Торкел повернулся к рыцарям.
— Вперёд!
Ни он ни остальные члены его отряда до сих пор не сталкивались с боевой магией, поскольку никогда до сих пор чудесники, занимаясь своими делами далекими от дел обычных людей не принимали участия в битвах. Были, правда, отдельные случаи, описанные в легендах, но сейчас, впервые в истории, наверное, происходило знаменательное событие. Гильдия, собравшая в своих рядах всех изгоев и одиночек, не сумевших или не пожелавших вступать в ряды магических Школ, сражалась против своих собратьев по ремеслу в составе обычных войск. Неудачная волшебная атака, произведенная против орков, не обеспокоила Торкела, и это было его ошибкой… трагической оплошностью. Будь здесь Фавнер или сам Вождь они непременно бы отвоевали себе право действовать соответственно своим пониманиям ведения войны и уж во всяком случае, не полезли бы на скопище чудесников с невыясненными магическими возможностями.
Без криков и возгласов черный клин рыцарей двинулся сквозь толпу смешавшихся мечников Этарона к воротам, пройдя через дезорганизованный строй как нож сквозь масло.
Боевое уложение Ордена предписывало произвести как минимум два арбалетных залпа по порядкам противника до плотного контакта, но Торкелу пришлось отказаться от этого правила, поскольку воины этаронцев смешались с войсками империи.
Парировав выпад одного из врагов секирой, и уклонившись от удара второго, Торкел, что-то почувствовав, взглянул на небо и понял, что маги выбрали для своей атаки новую цель. Всполохов стало больше, и тут Торкел понял, на кого направлен прицел. Он огляделся по сторонам.
Идущий слева от него рыцарь вдруг страшно закричал, из-под забрала повалил пар, тело сделало ещё несколько шагов по инерции и рухнуло пустыми доспехами. Позади что-то рвануло с оглушительным грохотом и треском. Торкел обернулся и с ужасом увидел, что на месте только что вступившего в бой его отряда зияет огромная яма, по краям которой валялись обугленные останки тел. Катапульты это или что-то еще разбираться было некогда…
Прицел был установлен именно на его, Торкела, людях. Им неимоверно повезло, что основные силы магов Этарона были уже израсходованы в борьбе с орками и колдунами Империи, но и того, что они успели использовать, хватило с лихвой. Чуть ли не половина отряда рыцарей просто-напросто исчезла. Это была катастрофа! Торкел похолодел — такие потери Вождь не простит!
Надо было добраться до ворот — и чем скорее, тем лучше. Рассыпавшись, чтобы избегнуть новых магических атак, они почти пересекли поле битвы, как ворота вновь распахнулись, и из них вышли… Торкел не поверил глазам:…
Кователи!!!
Около сотни!!!
На щитах красовались черно — красные эмблемы — скрещённые молот и топор. Выйдя на открытое пространство, они мгновенно и слаженно перестроились в боевой порядок. Торкел внутренне передёрнулся, узнав в боевой схеме гномов знаменитого «убийцу драконов».
— Хорг! Кователи! Чёрные, собраться…схема семь! — вокруг Торкела тут же собрались оставшиеся в живых воины — всего около двадцати человек, выстроившись клином, на острие которого оказался Торкел.
— Огонь! — проорал Торкел и, подавая пример, достал из металлического футляра склянку и закинул её в центр вражеского строя. По щитам, укрывавшим подземных кузнецов, разлился огонь; крики обожженных заглушили все остальные звуки.
Так и не вступивший в бой отряд Кователей распался на отдельные кучки закованных в свои легендарные доспехи гномов, и рыцари перешли к одиночным схваткам.
Торкел рванулся к знаменосцу, пытавшемуся также как в памятной битве с сахаларами, организовать сбор и руководство отрядом.
Кователь орудовал топором, Торкелу поначалу пришлось туго. Противник то и дело наносил сокрушающие удары, от которых Торкел едва не спотыкался. Но кузнец не был искушенным мастером боя, вернее, не был настолько искушён, чтобы сразить Торкела первым же ударом.
