— Неконечный Урб. Даже после стольких циклов его панорама впечатана в мою память. — Подтвердил Нуаркх, с легкой сентиментальностью скользя взглядом по знакомому горизонту и взбираясь на укручивающийся склон непомерного каменного кольца, который проглядывался за неплотными облаками. Границы Урба стремительно распространились и окутали Гончих, не успевших отступить, и жестокий Мир потянул застонавшие дирижабли вниз. Каменное масло неконтролируемо вспыхнуло и изверглось из сопел, обратив их в сгустки огня и острых осколков. Чуждое плетение Урба обратило силу Ткачей Десницы в непредсказуемый источник опасности. Вместо того, чтобы обрушить на бунтовщиков заслуженную кару, они свалиться на колени и спазмически сжались в приступах рвоты. Головы Лим'нейвен стиснула мигрень, перед глазами замельтешили ослепительно яркие спирали. Гончие обрушили крутые деревянные бока на базарную площадь и превратились из внушительной демонстрации силы в полыхающие погребальные урны.
— Трюк, подсмотренный у Калрингера? Очень к месту. — Одобрительно кивнула Хати. После она оторвала Вика от очередного пугающе реалистичного пейзажа и отчитала материнским тоном: — Другие Ткачи соединят два Мира, а ты не можешь притянуть миску с верхней полки!
— Ренмаер каждому советовал привыкнуть к плетениям всех Миров, но, видимо, Ткачи Десницы слишком заняты праздным проматыванием казны. — Прокомментировал Нуаркх, самодовольно ухмыляясь.
Ларканти Хан Ката вырвался из пенящихся кровяных брызг, которыми обратил зелотов и ринулся на Кантара, сжимая сверкающий оберег и Нар'Охай, с которого срывались каскады искр. Даже без помощи Тени Ларканти двигался пугающе быстро, но пламенный взгляд Кантара застал его на середине пути. Рубиновые глаза извергли тугой поток свободного Тепла. Многоцветная кровь прислужников мгновенно вскипела на панцире стража и обернулась саваном удушающего черного дыма. Ларканти почувствовал, как жар протискивается в щели накаляющейся шкуры и обугливает чувствительную плоть. Оберег не дал жару прикончить стража достаточно быстро, и наперерез Ларканти ринулись массивные осколки гранита. Хан Ката, тлеющий в раскаленном панцире, отчаянно зарычал и метнулся вперед, направив Нар'Охай на глотку Кантара. Оберег исчерпал силу прежде, чем каменные грани перемололи тело стража, щупальца Гаора успели соединить две точки пространства и переместили Ларканти к истинному телу Кантара. Раскаленная дуга Нар'Охай вспорола веретено щупалец Кантара и глубоко впилась в незримую ключицу, а плавящаяся медь гарды врезалась в его грудь, размалывая мускульные волокна. Черное железо разрушило иллюзию, сгорбленная громада Яроокого вспыхнула над раненым стражем. Ларканти захрипел и вогнал заточенные костяшки в неестественно впалый живот. По дряблой коже побежала волна складок, выпотрошенное нутро Кантара озарилось ослепительной рубиновой вспышкой и утопило предплечье стража в клубах ревущего пламени. Яроокий зашелся сухим кашлем, извергая раскаленное марево из разинутого рта и раненного плеча.
Ларканти грузно свалился на колени, дым валил из трещин панциря и сочился сквозь стиснутые зубы. Босая стопа Кантара вонзилась стражу в грудь, и Хан Ката кубарем покатился по разгромленной площади, волоча пристегнутый к запястью Нар'Охай. Стискивая рану, Яроокий выпрямился и направил руку на Гаора, который стремительно пикировал верхом Хоаксе. Широкий конус раздираемого пространства сорвался с ладони Кантара и заключил пернатого гиганта в ореол вскипевшей влаги, рябь зрительных аномалий и какофонию оглушительного рокота. Несмотря на отчаянное сопротивление Гаора, нестерпимый жар испепелил роскошное золотистое оперение и потянул вопящего Хоакса вниз. Наемник зачерпнул истощающиеся силы и уплотнил воздух, замедляя неизбежное падение. Защита Гаора треснула, Хоакс исчез в ярких всполохах и плоть его осквернили прикосновения Тепла. Потяжелевший воздух переломил обугленные крылья зверя, Гаор сорвался с седла и тяжело рухнул на площадь, обнажая непомерный клеймор. Накрисс и Ноари тоже откликнулись на зов гончих эликсиров, но Гаор отогнал их взмахом огромного клинка и призвал дождаться подкрепления. В следующую секунду Змей натужно зарычал под яростным напором Яроокого.
