– Да быть того не может! – не унимался я, так и не отойдя от шока.
– Возьми себя в руки, Гарет. Ты же хотел стать рыцарем! А они себя так не ведут. – Брат уже битый час старался привести меня в чувство. Мы сидели с ним в нашей комнате. За окном темнело, и солнце тонуло за горизонтом.
– Не быть мне уже рыцарем… – почти плакал я. – Я мечтал о славных подвигах, походах и турнирах, а тут смерть в первом же бою! Это нечестно!!! И так обидно… умирать за миг до победы…
– Кого ты слушаешь, Гарет?!
– Он же оракул, – запротестовал я, – он не мог ошибиться! К нему даже сам Великий Магистр обратился!
– Ты сам слышал, как он сказал, что не умеет предсказывать будущее, – резонно заметил Гавейн.
– И при этом предсказал победу!
– Оракул не мог сказать Магистру Пейну ничего другого. Представь, что было бы тогда. Магистр стойкий человек, однако известие о поражении сломало бы и его. Он не смог бы командовать обороной, а это означало бы верную гибель для крепости. Поэтому оракул решил подбодрить Магистра, заверив его в победе. От этого, в конце концов, зависит и его жизнь.
– Но… – неуверенно протянул я, начиная сомневаться, – он обратился ко мне моим прозвищем – Бомейн [3] . Откуда он мог его узнать?
– Его придумал тебе сэр Кей. Скорее всего, он же и растрепал его по всему двору. Вот оно и дошло до оракула.
– В ту часть, где находится оракул, никого не пускают…
– Сэр Кей – сенешаль Великого Магистра. Разумеется, он имеет туда доступ! – воскликнул Гавейн. – Ну или не имеет… – поправил себя брат, – или имеет… В любом случае не бери в голову! Знаешь, когда я ходил в оружейную выпрашивать для нас клинки, мне встретился сэр Борс. Узнав о твоем пророчестве, он усмехнулся и сказал: «Судьбу воина вершит его меч!» Все в твоих руках, и пророчество оракула тебе не должно быть помехой!
После слов брата мне стало немного спокойнее, но на душе продолжали скрести кошки. А томительность ожидания подливала масла в огонь тревоги.
– А правду говорят, что оракул – химера [4] ? – осторожно поинтересовался я.
– Я-то откуда знаю! – ответил Гавейн. – А ты чего спрашиваешь?
– Да так… Говорят, они сведущи в тайных знаниях и никогда не ошибаются.
– И поэтому ты боишься, что предсказание оракула сбудется! – закончил мою мысль старший брат. – Гарет, послушай, это бой! В нем любой может умереть, и тяжелее всего придется ребятам, стоящим в первом ряду. А мы-то будем, скорее всего, рядом с Магистром, в резерве, откуда он будет командовать. И если ты не поддашься панике из-за каких-то предрассудков, то все обойдется.
– И все-таки непонятно, почему он дал такое пророчество именно мне, – подвел я итог после раздумий.
У Гавейна закончились доводы, но что ответить, он нашел.
– Я буду рядом. Не трусь!
На этом мы решили закончить тяжелый разговор. Враг мог пойти на штурм в любой момент, а нам нужно было хоть немного выспаться.
Заснул я не сразу, долго ворочался и спал тревожно. Ночью мне приснился кошмар. Я опять на праздничном ристалище. Всадники сходятся в поединке, несутся в отчаянном галопе навстречу своей судьбе. Внезапно небо темнеет и на них опускается ночь. Тьма такая – хоть глаз выколи! Тут же за спиной одного из всадников показывается алое солнце. Лучи светила ослепляют его соперника, и он отводит щит чуть в сторону, открывая грудь. В этот момент всадники встречаются, и тот, что был ослеплен, заваливается на спину, пораженный метким ударом противника. Его голова вместе со шлемом слетает с плеч и подает на землю. При падении забрало срывается с крючка, отлетает в сторону, обнажая лицо, с которого на меня смотрят два мертвых глаза. Это же мои глаза! Я с ужасом понимаю, что вижу свое собственное лицо, искаженное предсмертной мукой и агонией. Сам собой из груди вырывается крик и тонет в тишине. Сон тает, медленно уступая место реальности, и в сознание проникают звуки. Тревожный звон колокола оглашает крепость. Я открываю глаза, но Гавейна рядом нет. Его койка пуста!
Я вскочил и подбежал к окну. Противник подошел к крепости после полуночи, воспользовавшись эффектом неожиданности. Но часовые все-таки успели подать сигнал тревоги, и казармы теперь напоминали гудящий улей. По двору метались огни – солдаты спешили на передовую. Группа бойцов как раз проходила под нашим окном, и невидимая смерть пришла за ними. В небо взмыли стрелы и с противным свистом обрушились на крепость. Бойцы падали под незримой ношей, корчились в ночной тьме и тихо замирали. Мне еле удалось вовремя пригнуться. Несколько стрел влетели в окно, но на этот раз дотянуться до меня старая с косой не смогла. Я бросился к выходу, и дверь распахнулась мне навстречу. В проходе стоял Гавейн.
– Брат, они атакуют! – жалобно простонал я.
– Хватай меч и шлем! Быстро! – приказал Гавейн.
– Ты хочешь идти туда? – Ужас сдавил мне горло.
– Не хочу, но должен! Нам нужно найти Великого Магистра, а он сейчас явится туда. – С этими словами он схватил выпрошенную в оружейной амуницию и швырнул мне. – Скажи спасибо сэру Борсу, что к мечам помог получить еще и снаряжение.
