– Общественное развитие идет не по законам нравственности. Процесс неподконтролен людям, в том числе руководителям. Можно лишь смягчить ситуацию. Рок России – быть великой державой. Это в ее генокоде. Надо перевести неистраченную энергию россиян на созидательную колею (пример – Япония). Не надо пренебрегать особенностями национального самосознания, ибо придут фашисты. Нужно взять православие и другие религии – себе, а не отдавать фашистам. Религия заполнит пустоту от большевизма. Короче, идея порядка, развития, свободы.
Было непонятно, к чему он клонит.
***
Жена Катя купила два ваучера. В надежде каких-то дивидендов, прибытка к моей неустойчивой зарплате. Но ваучеры оказались бумажками. Только сбереженные две сотни долларов помогли, они не подверглись инфляции.
Мы с тревогой внимали Егору Гайдару, который назвал открывшийся 6-й съезд народных депутатов РФ «первой фронтальной атакой на реформы». На нем произошло первое острое противостояние законодательной и исполнительной ветвей власти по двум основным вопросам – о ходе экономической реформы и о проекте новой Конституции.
Мои соратники шумели: законодатели не принимают и нетерпимы к иному, цепко держатся привычного спасительного коллективизма, где не надо думать, страдать.
Газета «Коммерсант» осторожно написала: «Созреванию компромисса способствовала и тактика "зловещей тишины", избранная Ельциным: президент исчез, предоставив съезду испытывать острое чувство политической изоляции и гадать, какие напасти готовят ему президентские советники. За время съезда рейтинг Ельцина вырос, рейтинг съезда неуклонно падал, что – в свете разговоров о грядущем референдуме касательно съезда – не могло не навести депутатов на размышления».
Оппозиция курсу президента Бориса Ельцина взяла на вооружение коммунистические и национально-патриотические идеи.
Я до утомления перелистывал подшивки газет, выписываемых исполкомом. Тема их была одна.
Алесь Адамович, интеллигентный, в очках, был спокоен, как пророк: падет демократия в России – это будет эффект домино, ударная волна пройдет и над ближним Зарубежьем. Духовные наследники ядерной империи живут по всему большому Союзу. Недаром маленькие империи ведут себя по отношению к нацменьшинствам по-сталински. Всеобщая нравственная деформация. Психическая готовность, почти радостная, бить по мирному соседу из "града", частный случай ядерного психоза. Это – сторонники гибели человечества.
Наверно, так и будет.
В «Известиях» Отто Лацис, доктор экономических наук и член президентского совета, был более эмоционален. Что такое Россия? Ее живое тело никогда не совпадало с границами РСФСР – искусственного порождения сталинской национальной политики. Но русское самосознание никогда не примирится с рассечением нации. Все разговоры о плебисцитах и «национальном самоопределении» – под ними грубая сущность: речь идет о пересмотре границ. Задача неразрешимая – нужен иной подход: прозрачные границы, не только для людей, но и товаров. Европа содружества становится Европой конфедеративной, такой же должна быть для нас Евразия. Нет еще у нас Великой мечты. Должно быть новое общество, с величием мировых коммуникаций.
Генерал и доктор исторических наук Д. Волкогонов, работавший в Главном политическом управлении Советской армии, переосмыслил себя прежнего. Трудно осознать причины исторической неудачи, если не осознать, что многие беды проистекли от доктринальной ставки властей на принуждение и насилие в строительстве «нового мира». «Срезали» историческую дистанцию, психология вседозволенности. Может быть, сейчас переходный период. Но мы почти неспособны к цивилизационным переменам, духовно-психологическим. До сих пор смотрят на процесс как технологический, выпадает человек. А ведь, технология – человеческая. Обманутые надежды национального движения, раздробленность сознания, наступление иррационального бунта ведут к рождению нового тоталитаризма.
В офисе исполкома критик Толя Квитко вскакивал со стула, припадая на левую ногу.
– Впереди – союз суверенных республик! Националисты не хотят понять, что по отдельности на мировом рынке никто не нужен. Экономика, наука и практика продиктуют свои жестокие политические решения.
Лицо Гены Чемоданова было розовым от возбуждения.
– Социализм отступил в тень, на капремонт! Есть опасность распада империи нецивилизованно, и исполнение идеи особого русского пути, что будет трагедией России. Истоки – в принятии князем Владимиром православия – восточно-византийского варианта христианства. Моральные критерии неприменимы к прошлому (Петр был первый большевик), а только к настоящему, когда уже есть выбор. Тупиковость особого пути – в русской философии начала XX века, не оригинальной, а пережевывающей мировую, не выходя за рамки православного резонерства. Выход – в преодолении этого религиозного сознания.
Автор боевиков Костя Графов сомневался:
– Новая система будет другой, а не лучшей (кому-то будет лучше, кому-то хуже). Возобладает идея особого русского пути.
