– Куда вчера с вечеринки вместе с мотоциклом пропал? – Парень выдохнул дым сквозь зубы, и я разогнала серое облако рукой. Мне было неприятно – таким образом, по моему мнению, выражали презрение к человеку. – Между прочим, если бы твоя королевская задница соизволила быть со мной, то мне бы не пришлось ловить попутного парня.
Бокхё выдохнул дым в сторону, задерживая руку на моём бедре. Я скрестила руки на груди, смотря на его лицо, такое сосредоточенное, будто не он от меня прятался, а я от него. Отобрав сигарету, я повернулась к парню спиной, чтобы затушить ярко-рыжий огонёк о кирпичную стену. Парень ненавидел, когда я так делала – порывался отобрать сигарету, наполовину выкуренную, но вдруг резко намотал на кулак мои волосы и чуть потянул вниз, заставляя спину прогнуться. После этого, прижимая животом к стене, предпринял попытку нащупать мою руку с сигаретой, но я не далась – та оказалась на земле, я сама практически не дышала.
– Девочку подхватил, вот и пропал. – Честность всё же хороша. Но сообщением бы скинул, что не сможет меня забрать. – А сейчас ты поплатишься за то, что отобрала у меня сигарету.
И парень прислонил ладони к моим рёбрам, а потом принялся щекотать, одновременно пытаясь не сорваться на смех из-за того, что я начала банально хрюкать. Знал, что когда меня щекочут, меня можно трогать везде, а поэтому руки схватили бёдра, слегка сжимая мягкую кожу, а потом Бокхё с хохотом отошёл от меня. Как бы он ни злился, когда я отбирала у него источник яда, он всё равно был весёлым и долго обиды не хранил.
Ким не стал закуривать вновь; он был из того рода людей, которые вполне в состоянии бросить портить свой организм, но не хотел чисто из-за того, что потеряет некую «зрелость». Я бы поспорила. Ты не можешь считать себя взрослым, если пачками скуриваешь сигареты или литрами пьёшь алкоголь. Взрослым считается человек, готовый взять на себя ответственность за собственные поступки, не кичащийся тем, что он взрослый. И забавно было порой смотреть на малолеток, считающих себя взрослыми только потому, что потеряли девственность или пришли на вечеринки «для взрослых» с кальяном, соджу и иными крепкими алкогольными напитками, которые я не любила, ведь они сильно обжигали горло.
– Пойдём в школу, – Бокхё пошёл первым, а я носком туфли-лодочки смела окурок ближе к стене, к таким же окуркам. Слишком много учеников курили, все они были «крутыми», которые не боялись кислого постоянного привкуса во рту.
В коридорах стоял шум, который учителя не пытались угомонить. Кто-то списывал домашние задания, кто-то, хохоча, делился своей едой с друзьями. Кто-то, как я, тенью шёл вдоль стены к своему классу, думая о своём. О чём думали другие, я не ведала, но мои мысли заполнял Чжан Энлэй. Странно – о парнях с разных вечеринок я забывала в первые минут двадцать, на следующее утро даже не могла назвать их имён. А этот парень… он отличался от других остолопов, что, напившись, флиртовали со всеми девочками сразу и вели в постель как минимум двух за ночь. Этот парень предпочёл помочь мне, а не воспользоваться беспомощностью.
– Хэджин, боже, ты такая медленная, прямо как черепашка. – Бокхё обернулся и склонил голову к плечу. – Пойдём, достало уже ждать тебя.
Спохватившись, я вновь последовала за другом. Начинались сложные два урока математики, раздел тригонометрии, и учитель Ким собирала нас порой раньше, чем звучала мелодия звонка. Но оказалось, что учителя до сих пор не было – вместо неё рядом с доской стоял председатель ученического совета, что был на год нас старше, и ждал, пока все зайдут в помещение. Слегка поправив юбку, я присела за парту, толкнув Хвиён, что широко улыбалась, печатая своему парню сообщение.
Сидящий чуть впереди Джинён передал какую-то бумажку, в которой надо было поставить свою подпись, что мы ознакомлены с какой-то информацией. С какой именно – мы все пока не имели понятия, но у председателя было достаточно бумажек, так что, я не сомневалась, оглашение всей информации займёт минут двадцать от урока. А может быть, меньше.
– Итак, здравствуйте, класс. – Как только все уселись за парты и поставили свои закорючки на белой бумажке, председатель откашлялся; он был высоким парнем с кучерявыми волосами и очками на носу – ну чем не типичный сладкий мальчик на побегушках у учителей. – Так как наши педагоги часто забывают доносить до вас информацию, а школьное радио перестало работать, доношу до вас сведения об…
