Первым в кабинет, опережая хозяйку, влетел запах Дашиных духов, подгоняемый сквозняком. Джабиру хватило и этого, чтобы предположения, возникшие в коридоре, оформились в непоколебимое знание: он дождался.
Эта женщина с трудной для доктора фамилией приехала к нему. Только она еще этого не знала.
Даша переминалась у порога.
– Добрый день, – повторила она на немецком. – Мы можем говорить на английском?
– Конечно, – Джабир жестом пригласил Дарью в кресло напротив рабочего стола.
Пока она устраивалась, доктор внимательно рассматривал гостью. Темные с медным отливом волосы спадали на лицо, когда она наклонялась. Глаза, брызжущие янтарными искрами, стоит взметнуться темным ресницам на собеседника, тонкие запястья – Даша пыталась устроить сумочку на соседнем кресле, а она не желала стоять ровно и три раза к неудовольствию владелицы заваливалась набок. А один раз и вовсе попыталась изобразить что-то вроде обморока, намереваясь хлопнуться на пол. Госпожа Лебедева однако проявила чудеса ловкости и подхватила ее на лету.
– Ой, сорри, – засмеялась Даша, чуть краснея от собственной неловкости. И Джабир вспомнил этот смех. Он его уже слышал. Слышал и любил.
Он откинулся на спинку кресла, словно приготовившись хоть вечность ждать, когда женщина разберется со своей сумкой.
«Птица в клетке». Джабир видел, как о прутья бьется красивая душа его гостьи. Она была птицей в клетке. Не экзотической красавицей, сложившей свои огненные крылья по чужой прихоти. Не гордой хищницей, лишенной свободы. Она была веселой канарейкой, чью клетку накрыли темной тканью. Она была певчей птичкой, которой запретили петь.
– Ты снова будешь звучать, поверь, – доктор Шериф про себя по многолетней привычке обратился к видимому только ему. Вслух же спросил:
– Вы Анина подруга?
Женщина кивнула
– Все, что вы видите, придумала она. Анна – очень талантливый дизайнер. Меня зовут доктор Шериф, но вы можете звать меня Джабир. Рад вам!
– Очень приятно. А я Дарья. Или Даша. Для иностранца трудно произнести Daria.
– Da-ri –a. Как по-вашему, получается?
– Даже очень хорошо, – засмеялась Даша.
– Вы тоже из России? – спросил Джабир, хотя знал ответ на этот вопрос.
Место рождения – это как почтовый штемпель с места отправления. Куда бы судьба не закидывала человека, сколько бы марок жизнь на него не клеила, первый штемпель остается самым главным и никуда не пропадает. Даша несла на себе печать далекой и холодной страны, такая же была у ее подруги. И еще у нескольких клиентов Джабира.
Разных людей под оттиском «Россия» объединяла дикость, замазанная десятками слоев респектабельности; почти детская доверчивость и такая же жестокость; а еще в них как ни в ком другом странным образом сочетались мелочность (они обожали переживать и убиваться по пустякам) и размах в любых начинаниях. Конечно, в каждом эти качества уживались по-разному, с поправками на личность, но «заводские настройки» совпадали.
Жители Марокко, например, унаследовали традиционные арабские неторопливость и текучесть, которые практичными немцами воспринимались как лень и прокрастинация. В свою очередь, деловой подход местных бюргеров казался занудством для более эмоциональных французов.
Джабир любил читать «штемпели». Иногда в них он находил подсказки, помогая людям в сложных случаях.
– Да, я русская, – ответила Даша. И снова зачем-то улыбнулась.
Ей подумалось, что с улыбками и неловкими ситуациями на сегодня, пожалуй, перебор. Но Даша не могла остановиться. Ей почему-то хотелось улыбаться и смотреть в красивые, да красивые глаза этого доктора. Признавшись себе в этом, Дарья снова покраснела и опустила взгляд.
– Фрау Лебедева, скажите, что вас беспокоит? – Джабир, боясь спугнуть осмелевшую канарейку, вернулся к опроснику.
– Честно сказать, меня ничего не беспокоит. К вам меня записала Анна. Она утверждала, что я слишком зажата, и мне нужен массаж, а вы волшебник, – еще одна Дашина улыбка.
– Она почти права. Признаюсь, мне льстит такая оценка моего скромного труда, – ответная улыбка от доктора. – Тогда мы начнем с традиционного массажа, а там определимся, что еще потребуется. Вы можете пройти сюда.
Джабир указал за ширму.
– Я подойду, как вы будете готовы.
Доктор и Дарья одновременно встали со своих кресел. Сумка, стоявшая спокойно несколько минут, с грохотом рухнула на пол.
– Да что же это такое! – Даша подскочила, опередив доктора, подхватила ее и закрутилась в поисках подходящего места.
Джабир подошел к женщине, уверенно взял из ее рук непослушный аксессуар и аккуратно водрузил его прямо посреди своего рабочего стола.
– Отсюда не сбежит.
– Спасибо. Но удобно ли это?
– Все хорошо, фрау Лебедева. А мы доработаем функционал этого кабинета. Оказывается, мы совсем не предусмотрели место для дамских сумок.
Когда Даша зашла за ширму, Джабир вновь вытащил из стола свои четки. На сей раз понадобилось десять камешков и нужных слов к ним, чтобы собраться. Три вздоха полной грудью. Два выдоха.
– Я могу зайти, Дария?
– Да, пожалуйста.