Утром позвонила Эвкая. Сказала, что ждет его в холле, чтобы отвезти в аэропорт. Касмерт уже был готов. Сумка была собрана ещё с вечера. Он подошел к стойке регистрации, чтобы отдать ключ. За стойкой стоял взрослый, солидный мужчина, скорее всего старший администратор:
– Доброго пути, господин Касмерт. – И, не выдержав, от души рассмеялся: – Здорово вы вчера покатались, однако!.. Уверен, что вас надолго запомнят в Йэрсалане.
У машины он замешкался. К нему подбежали двое ребят с газетами в руках:
– Вы Касмерт? Вы не могли бы дать нам автограф? Вот тут. Под вашей фотографией…
Сидя в самолёте, Касмерт думал о том, что вовсе, может быть, не напрасно он оказался в этом городе, который уже не казался ему таким уж и чужим. Вспоминал смеющегося администратора, пацанов, попросивших автограф. Вспоминал Мурмута… Ему очень хотелось верить в то, что однажды, пусть не через год, не через пять, пусть когда-нибудь потом он всё же сможет сказать:
– Йэрсалан – маленькая солнечная страна, и вам непременно следует ее посетить. Там живут добрые и улыбчивые люди.
Касмерт шел к руководителю управления. Шел нехотя. Не любил он вызовов к высокому начальству. Особенно таких, как сегодняшний, когда не знаешь, зачем призвали предстать «пред грозны очи».
Попытка узнать у непосредственного начальства причину внезапного желания шефа увидеться споткнулась о фразу: «Иди, иди, дорогой! Там тебе всё объяснят». Ответ на уточняющий вопрос: «Ну, хотя бы намекни?» (с начальником своего подразделения Касмерт был на «ты») был ещё «информативнее» – милая, но с некоторой ехидцей улыбка и нарочито любезный, с легким поклоном жест руки, указывающий на дверь. Пока ехал в лифте и шел по длинному коридору, Касмерт думал о том, что по тому, как встречает хозяин большого кабинета гостя, можно сразу понять (недаром же ему даны скромные аналитические способности, ха-ха-ха), чего ждать гостю от визита. Вариантов, основных вариантов, было три: первый – не отрывая взгляда от бумаг на столе, шеф бормочет под нос «присаживайтесь» – будет выговор и разнос; второй – окидывает рассеянным взглядом, как бы нехотя откладывает в сторону бумаги и предлагает сесть дружеским тоном – есть вопросы и желание уточнить кое-что важное; третий – сердечная улыбка и «располагайтесь, пожалуйста» – как правило, жди серьезное поручение. Касмерт открыл дверь. Когда шеф, отложив в сторону бумаги и сняв очки, которые всегда задорно сидели у него на кончике носа, чуть поспешнее, чем полагалось, встал ему навстречу и первым протянул руку для приветствия, Касмерт понял, что это четвёртый, неучтённый вариант. Ему приготовили сюрприз.
– Присаживайтесь, Касмерт, присаживайтесь!
Тон и хитрый прищур глаз над очками заставили Касмерта внутренне собраться. По всему чувствовалось, что «сюрприз» обещает быть большим. Очень большим!
– Зная ваше отношение к делам непростым, запутанным и подчас экстремальным – расследование в Йэрсалане три года назад тому пример, – Касмерт с каждой минутой чувствовал, как размер «сюрприза» катастрофически увеличивается, – его до сих пор обсуждают в управлении… – Шеф достал из небольшой стопки бумаг, лежащей перед ним на столе, файл и, протягивая его Касмерту, продолжил: – Ну так вот, зная о том, что вы специалист по всякого рода странным делам, я решил поручить вам одно, на мой взгляд, интересное расследование.
«Всё ясно, – подумал Касмерт, – как минимум, командировка. Как максимум – не два-три дня».
Шеф продолжал сердечно улыбаться. Касмерт тоже улыбался в ответ. А что ему ещё оставалось делать?
– Члены правления одной весьма серьёзной и влиятельной компании обратились к нам с просьбой проанализировать, как они сами уклончиво выразились, нестандартную ситуацию. Думаю, именно вы, Касмерт, сможете справиться с этой, как мне представляется, довольно непростой задачкой.
Шеф встал и вновь протянул руку, теперь уже для прощания. Он даже, казалось, не заметил, что в течение всего этого «разговора» Касмерт не произнёс ни слова…
По дороге домой Касмерт заехал в цветочный магазин и купил букет полевых цветов. «Цветы эти давно уже никто в поле не собирает, – глядя на то, как немолодая милая флористка бережно составляла замысловатый букет, усмехнулся он про себя. – Выращивают их в очень специальных оранжереях, и стоят они ой как недёшево, эти простенькие цветочки». Суэд любила такие скромные на вид, но нескромные по цене цветы. Но цены – не её вина.
Услышав шум подъезжающей машины, всё семейство уже встречало Касмерта в холле.
– О, какие цветы! Какие потрясающие цветы! – Первые фразы, радостно произнесённые Суэд, казалось, не предвещали ничего неприятного. – Касмерт! Дорогой, по какому случаю такая прелесть в руках и такая открытая и добрая улыбка на лице? – Искренность на лице Суэд была неподдельной. – Нет, не говори! Я сама угадаю. Всё же уже четырнадцать лет за следователем-аналитиком замужем. День рождения у меня уже был. Так?
– Так…
– День свадьбы…
– Через месяц. – Касмерт по инерции продолжал улыбаться, но чувствовал, что, может даже, уже и не стоит этого делать.
