– Да что вы? Конечно же я пошутил. Просто, во-первых, я уверен, что в роли сотрудника нашей компании вы добьетесь положительных результатов в своём расследовании. Поэтому мы, признаюсь, намеренно и продемонстрировали вам эмоциональное состояние, которое испытывают сотрудники во время отторжений. Эта даже трудно назвать демонстрацией. Вы это пережили. Это что-то вроде прививки. Во-вторых, немногие, поверьте, очень немногие способны пройти наши тесты. Они составлены АСИУТ – автоматизированной системой интеллектуального управления «Терс». А эту чрезвычайно умную дамочку не проведешь. Вы даже не представляете, как много людей в нашем городе хотели бы пройти эти тесты, чтобы работать у нас. Так что в любом случае добро пожаловать в нашу дружную семью. С вашими знаниями вы можете, ну, если вдруг захотите, – Илк улыбнулся, – добиться и в «Терс» высоких должностей.
Касмерт был несколько озадачен. «Видимо, долгие годы работы в такой „интересной“ компании не могли пройти бесследно. Этот Илк либо циник, либо не совсем психически здоров», – подумал он.
В течение всего разговора Илк постоянно перебирал в руках четки. Четки были необычные. Насколько мог заметить Касмерт, стараясь по возможности незаметно их рассмотреть, выполненные из серебра и благородной слоновой кости, сработаны умелым ювелиром они были безусловно давно. Очень давно. Видимо, даже не в прошлом веке. На довольно крупных бусинах продолговатой формы до сих пор кое-где можно было заметить следы изящной, но почти стертой гравировки. «Интересно, скольким людям они служили, в скольких странах побывали, сколько языков они знают, о чем слышали, что видели?» – Касмерт слегка отвлёкся, но, услышав слово «сюрреализм», вновь вернулся в разговор.
– А насчёт сюрреализма нашей ситуации, я вам так скажу. Мы воспринимаем это почти как должное. У наших сотрудников нет естественного для прочих неприятия жестокости события. Оно длится несколько минут. Кроме того, рядовые работники и менеджеры среднего звена где-то даже с нетерпением ждут очередного отторжения.
Касмерт с нескрываемым удивлением, смешанным с возмущением, взглянул на Илка и спросил:
– Это почему же?
– Потому что, как это ни покажется странным, они рады каждому отторжению и этого не скрывают. Не думаю, что среди сотрудников вы найдете тех, кто долго переживал бы за гибель коллеги. Да, они испытывают стресс, но не из-за боязни за жизнь другого человека, а из-за самой обстановки во время события, тем более что благодаря отторжению не только появляется вакансия на место ведущего работника, становится реально возможным продвижение на всех уровнях. Запомните словосочетание «ведущий сотрудник». Ради возможности занять этот пост к нам и обращаются люди. За неделю мы можем обанкротить самого серьёзного нашего конкурента. И знаете как? Стоит нам объявить, что «Терс» увеличила количество вакансий, а тест для приема на работу облегчен, как тысячи людей из других компаний прибегут к нам. – Объяснения Илка еще более озадачивали Касмерта, а тот увлеченно продолжал: – Только подумайте – буквально на следующий день сотрудники, которые испытали сильнейший стресс при отторжении ведущего работника, подают заявления для участия в конкурсе, чтобы занять вакантное место. И, представьте себе, заявления подаются в течение первых тридцати минут после начала следующего рабочего дня. Хотя большинство из них уже предварительно подали свои заявки, и в повторной подаче не было необходимости. Я не хочу сказать, что весь персонал непременно жаждет чьей-то смерти. Нет, но они хотят повышения в должности. Отторжение в этом смысле представляет собой отличную возможность.
– Да, возможность более чем отличная, – не удержался от едкого замечания Касмерт.
– А вы напрасно иронизируете, господин Касмерт. Работники всех компаний мечтают так или иначе подняться по карьерной лестнице, но предпринимают такие шаги исподтишка, подсиживая коллег и донося друг на друга. У нас же все на виду. Мы здесь в открытую эксплуатируем человеческую жажду наживы и инстинкт к соперничеству. И нам это удается благодаря практике отторжения. В конце концов, каждый рядовой служащий заслуживает право стать ведущим и занять почетное место в прозрачном кабинете.
– Тем не менее в своем письме вы изъявили желание покончить с отторжением. – Касмерт попытался поймать Илка на противоречии.
– Да-да, вы правы. – Илк ненадолго задумался. – Знаете, применение данной практики для увеличения самоотдачи работников не было особой проблемой как таковой. Проблемой это стало в последний год. Видите ли, раньше отторжений было очень мало. Раз в год или полтора. В самом начале, лет двадцать пять назад, пока не произошло первое отторжение в истории компании «Терс», здесь было даже скучно.
– Скучно?!
«Он точно не совсем в здравом уме», – подумал Касмерт.
