– Вот именно! Когда очередной ведущий сотрудник подписывал контракт, то он, естественно, узнавал из 6-го пункта, что любой его серьёзный просчет может повлечь за собой отторжение, если компания понесет большие убытки. И отторжений не было довольно долго. Сотрудникам казалось, что их не будет вообще. Однако все изменилось после первого. Люди поняли всю серьезность намерений администрации. Поняли, что это не игра, не страшилки. Ведущие специалисты стали работать усерднее, выдавали прекрасные результаты, которые шли на пользу компании. Естественно, бывали и просчеты, которые влекли за собой отторжения. Но, как я уже сказал, они случались довольно редко. Я, быть может, и не обратился бы к вам с запросом, если бы в последнее время случаи отторжения не участились. Мне бы очень хотелось, чтобы отторжение, которое вам показали, стало последним в этом году. Однако уверен, что последним оно не будет, – уже несколько эмоционально заключил господин Илк. Он явно ждал реакции собеседника.
Касмерт некоторое время молчал, размышляя, насколько сильно отторжения повлияли на самого Илка в течение долгих лет его работы в компании, и искренен ли он в своих намерениях. «В любом случае, пока что мне нужна информация. Любая. Объективная, субъективная. Какие бы эмоции я ни испытывал, я – следователь, и не должен, по возможности, демонстрировать своё возмущение тому, кто заказал расследование. Илк далеко не прост, поэтому нужно поддержать разговор. Нужно набраться терпения и выслушать всё, что он считает нужным рассказать сегодня. А дальше будет видно».
– Вероятно, вы правы в том, что «прививка» стресса, вызываемого отторжением, поможет мне в расследовании. Поможет почувствовать себя своим среди сотрудников «Терс». Думаю, они увидят во мне обычного коллегу. Во всяком случае, я буду стараться, чтобы это было именно так. Для этого я всё время буду думать о том, – Касмерт уже неприкрыто ехидничал, – как тряслось все здание, оглушал невероятный скрежет, зачем-то усиленный динамиками, и выл этот воздух в трубах внутри стен, да так, что казалось, на тебя вот-вот посыпятся кирпичи…
– Наши инженеры превосходны. – Илк словно не заметил явной насмешки Касмерта. – Со зданием никогда ничего не случится. Да, знаете, мы не разрешаем сотрудникам пользоваться берушами или наушниками, чтобы все смогли в полной мере прочувствовать происходящее. Что же касается самого падения прозрачного офиса, то оно транслируется по всем мониторам компании. В конце концов, наши сотрудники нуждаются в некоторой зрелищности. И вообще, мне кажется, что всё это впечатляет? – неуместно задорно спросил Илк.
Касмерт не представлял, что ему ответить. «Что тут должно впечатлить? Тут скорее можно только ужаснуться! Он спрашивает о впечатлении, словно речь идет не о гибели людей, а об исторической достопримечательности или экзотическом животном. Не получает ли он сам удовольствия от отторжений, от гибели более молодых коллег? Не гордится ли тем, что возглавляемая им компания практикует такое ужасное наказание за ошибки?»
Ему приходилось поддерживать беседу с очень непростым человеком. И поэтому, каким бы странным ни был господин Илк, Касмерт старался не испортить отношений с ним. Во всяком случае, пока старался.
Сам процесс отторжения и цели, им преследуемые, Илк описал в своем письме в адрес начальства Касмерта. В послании сообщалось, что компания «Терс» была учреждена тремя состоятельными бизнесменами, людьми необычными по характеру, манерам, а также способам ведению бизнеса. Наверное, неординарность их личностей и позволила им стать богатыми. К тому же они имели связи с правительством, что позволяло им проталкивать нужные законопроекты, иногда весьма неоднозначные.
Когда воздвигалось здание компании, многих смущала причудливость сооружения. А когда по завершении строительства начался прием на работу, то выяснилось, что зарплата в «Терс» намного превышает ту, что платят другие работодатели. А самое баснословное жалованье получат сотрудники, которые займут кресла в прозрачных кабинетах.
И действительно, сотрудникам в прозрачных кабинетах стали платить огромные суммы, когда через несколько лет их отобрали из общей массы работников. Им также полагались большие привилегии. Эти сотрудники перестали быть просто работниками. Они либо входили в число ключевых управляющих компании, либо являлись начальниками больших отделов. Кому занимать прозрачный кабинет и получать фантастическую зарплату, определяла Автоматизированная Система Интеллектуального Управления «Терс» – АСИУТ. Она беспристрастно обрабатывала данные работников, желающих занять ключевые позиции, и выделяла среди них лучших, которые своими навыками и способностями должны были принести компании наибольшую прибыль.
