Брайан сильнее зарылся лицом в его шею, словно пытаясь спрятаться. Наверное, так оно и было, но слова Джастина он не опроверг. А от Брайана это уже само по себе было равнозначно признанию.
И все же Джастин не был уверен, что теперь ему этого достаточно. Пытаться понять истинные мысли Брайана по его поступкам, по тому, что он говорит и чего не говорит, а также когда, кому и при каких обстоятельствах он это говорит, было все равно, что бесконечно путешествовать по перекрестным ссылкам, пытаясь по крупицам собрать информацию и прийти к единственно верному выводу. Это был какой-то особый язык, язык Кинни, и чтобы понимать его в совершенстве, необходимо было научиться пользоваться перекрестными ссылками.
- Я знаю, что ты меня любишь, - упрямо повторил Джастин. - Но, Брайан, иногда… ты делаешь что-то… не подумав о том, как это отразится на мне. И это очень больно. Я просто устал от боли. Мне нужна небольшая передышка, понимаешь?
Сначала мать со своим психотерапевтом, потом отец, не пожелавший иметь такого сына. Сент-Джеймс, где каждый гомофобный ублюдок считал своим долгом отточить свои бойцовские навыки на хорошеньком беленьком мальчике. Затем Хоббс… Черт, да кого он обманывает? Затем Хоббс, Хоббс, и снова Хоббс… И неспособность рисовать. А параллельно со всем этим – Брайан. Брайан со всеми своими заскоками, детсадовскими заморочками и прочей хренью.
Брайан, который мог быть самым добрым, самым чутким человеком на свете, и прятать все это под маской только для того, чтобы постоянно держать тебя в напряжении. Брайан, который в мгновение ока (при малейшей угрозе проявления уязвимости, чаще всего, его собственной) способен был превращаться в величайшего во вселенной хрена. В самом не лестном, не буквальном смысле этого слова. Брайан, который использовал секс как оружие, трахался у него на глазах, просто чтобы что-то ему доказать, оттолкнуть Джастина, который – глядите-ка – внезапно почувствовал себя слишком комфортно. Просто чтобы раскачать лодку, а то от полного штиля у него, понимаете ли, пропадает эрекция.
Он так неебически устал от постоянной борьбы. Два гребанных года! Даже у Сизифа была возможность передохнуть пару минут, пока камень катится обратно с горы. Неужели просить о месяце спокойной жизни – это слишком много?
- Я стараюсь понять, стараюсь быть терпеливым, но я… просто очень устал, Брайан.
Прошло целых три секунды, прежде чем Брайан выплюнул:
- Тогда какого хуя ты все еще здесь?
Ну что ж, это уже прогресс. Еще некоторое время назад такой ответ последовал бы за его репликой мгновенно. Джастин это оценил. Нет, правда. И потом голос Брайана звучал хрипло, словно ему пришлось с силой выталкивать эти слова из глотки, а руки крепче стиснули его талию – именно поэтому Джастин в ответ не подскочил с дивана.
Вот же гребанный лжец! Опять он думает одно, а говорит другое!
- Я сказал, что устал, засранец ты этакий, - отозвался Джастин почти с нежностью. – Я не говорил, что хочу уйти. Разве олимпийские спортсмены бросают тренировки при первом же мышечном спазме? Разве они, слегка запыхавшись, бегут за утешением к мамочке? Вот и ты должен был мне ответить – как мне помочь тебе набраться сил, Джастин. А не гнать меня вон. К тому же нам обоим отлично известно, что на самом деле ты вовсе не хочешь, чтобы я уходил. Иначе к чему была эта гневная выходка? Так что давай, Кинни, перестань прикидываться ослом и помоги мне придумать, как все наладить.
- Какая еще гневная выходка? У меня не бывает гневных выходок, - упрямо возразил Брайан.
Джастин громко фыркнул.
- Брайан, ты выбросил мой рюкзак в окно. Если это не гневная выходка, то Принцесса Пизденышей прямо уж и не знает, что это такое было.
- Да я в любой момент могу спуститься и принести его назад. Там все равно, в основном, была только одежда, наверняка, она цела.
- Ммм…
Пальцы Брайана принялись ерошить его волосы, теплое дыхание обдавало шею.
- Мы поедем в отпуск, - вдруг сказал Брайан куда-то Джастину в ключицу. – В Вермонт, в горы, как твоя милая подружка Дафни. Снимем домик или еще что-нибудь. Жизнь в последнее время выдалась нервная, мы с тобой заслужили немного Р и Р.*
- Расслабления и римминга?
- Какой способный ученик!
- А как же твоя работа? И моя учеба?
- Я возьму недельный отпуск на время твоих весенних каникул. Все будет отлично, - Брайан прижался губами к его шее, затем двинулся дальше, вниз по горлу. – Но, Джастин, не воображай, что это какое-то там предложение руки и сердца. Я не превратился в лесби…
- Знаю-знаю, ты не носишь платья от Веры Вонг.
- Это уж точно.
Джастин переплел пальцы с пальцами Брайана, свернулся у него под рукой и решил, что поверит его словам. Они устроят себе небольшую передышку, они любят друг друга, Брайан готов попытаться снова… Все будет хорошо.
Если он этого захочет. Как сказал Брайана – решение принимать ему. Он, Джастин, с первого дня был инициатором их отношений. И у них все будет хорошо, если он этого захочет. А он, кажется, захочет.
Вот только…
