Последовала пауза. Брайан не шевелился, и Джастину слышно было, как он дышит, - чуть с присвистом из-за искривленной носовой перегородки. А затем он вдруг плюхнулся на диван, задев Джастина плечом и бедром. Полотенце, чудесным образом пережившее все их предыдущие экзерсисы, наконец, слетело, оставив Брайана полностью обнаженным. Сердце Джастина (по привычке, конечно же!) сначала замерло, потом пустилось вскачь. А жар, вспыхнувший в животе, быстро перетек к члену. Зная Брайана, он готов был побиться об заклад, что тот сделал это нарочно. Соблазнить – и тем самым отвлечь, обычная его тактика.
- Это самый тупой вопрос из всех, что я когда-либо слышал.
Голос его больше не подрагивал от праведного гнева и звучал почти так же хрипло, как голос Джастина. Брайан потянулся к нему и медленно провел теплой рукой по его щеке, затем ниже – по шее, по груди. Придвинулся ближе, чуть раздвинув бедра, так, что стали видны тяжело налившиеся яйца.
- Это не ответ.
Джастин легко мог бы его оттолкнуть. Даже сейчас, когда его член с каждой минутой становился все тверже и взвивался все выше. Ему и раньше доводилось уже отказывать Брайану. Еще ни разу такого не было, чтобы злость (обида-боль-стыд) не смогли перебороть похоть.
Но сейчас он не был уверен, что хочет его отталкивать, и понимал, что Брайан видит это в его глазах. Если уж так случилось, что это их последние минуты вместе, он вроде как хотел бы почувствовать Брайана внутри. Может быть… может быть даже на время забыть о Майкле.
Взгляд Брайана смягчился, как бывало всегда, когда Джастин, по его мнению, делал что-то… На ум, конечно, первым приходит слово «милое», но Брайан скорее сказал бы «нахальное». Или в очередной раз назвал бы его пизденышем. Вот только челюсти его все еще были напряженно сжаты. Так что на этот раз этот взгляд, вероятно, означал скорее не «ты мне очень нравишься», а «я очень хочу тебе понравиться, чтобы… ты дал мне себя трахнуть».
- Джастин, ты и так это знаешь. Зачем задавать вопрос, ответ на который тебе известен?
- А, может быть, не известен…
Брайан не дал ему договорить, залепив рот поцелуем. Его губы, горячие и влажные, накрыли губы Джастина, язык толкнулся ему в рот, приглашая его собственный язык выйти и поиграть с ним. Джастин не стал его отталкивать, ответил на поцелуй. Это было здорово. Секс для них никогда не был проблемой, на эту тему они могли бы написать бестселлер в соавторстве. Брайан, воспользовавшись моментом, стащил с него трусы. И Джастин снова не стал сопротивляться, он и сам этого хотел. Подавшись ближе, он вжался членом Брайану в бедро и, когда губы их разомкнулись, заговорил снова:
- Почему ты не можешь просто ответить на вопрос? Почему мы обязательно должны препираться? Если вопрос настолько тупой, неужели тебе трудно на него ответить?
Однако его не-бойфренд так ничего и не сказал, лишь начал спускаться влажными поцелуями вниз по его животу. Все ниже. Ниже…
- Бра… Брайан!
Кончик его языка принялся плясать по головке члена Джастина, который от этого стал еще тверже, налился кровью. Одной рукой Брайан добрался до его дырки, второй же достал откуда-то из воздуха (но скорее все же из-под диванной подушки) презерватив и смазку. Джастин не понимал, чего ради они заморачиваются с презервативами, если все равно кончают друг другу в рот. Правда, так они делали только друг с другом, с другими – никогда.
Интересно, а с Майклом?.. Как у него было с Майклом?
- Ответь мне, - настойчиво повторил он, когда Брайан оторвался от его члена, чтобы глотнуть воздуха.
- Ты и так знаешь ответ.
- Тогда почему ты не можешь его озвучить?
Мягко надавив ему на плечи, Брайан опрокинул его спиной на диванное сидение, задрал ему ноги и широко развел бедра, заставляя его полностью раскрыться. Все это он проделал ловко и быстро, отработанными движениями. Затем он зубами надорвал упаковку, достал презерватив, раскатал его по члену, подался вперед и, одной рукой удерживая Джастина на месте, а второй направляя себя, легко вошел в него. Господи. Да. Вот так.
Втолкнувшись до конца, он навалился на Джастина, зажав его член между их телами, и крепко обхватил его руками. Он прижимался к нему всем телом, так тесно, что Джастину казалось, он буквально дышал Брайаном.
- А зачем ты хочешь это услышать? – выговорил он.
Господи, Брайан был так близко, что Джастину показалось, будто эти слова прозвучали прямо у него в голове. А затем он подался чуть назад и снова глубоко втолкнулся в него.
После этого стало уже не до разговоров. Остались лишь вздохи, стоны и те влажные хлюпающие звуки, что всегда сопровождают по-настоящему глубокие страстные поцелуи.
