Зайдя домой, Полина впервые обратила внимание, какая в его стенах тишина. Раньше это не беспокоило, не требовалось разбавлять тишину музыкой или фильмами, а сейчас беззвучие вдруг обступило со всех сторон и сделалось тяжелым. Еще и перед глазами упорно маячило лицо смотрителя, перепачканное розовой пеной. Девушка достала из холодильника оставшиеся полбутылки шампанского и налила полный бокал. Прежде чем выпить холодную жидкость, она попробовала отвлечься от тишины и распеться. На ноте «фа» Полина ощутила свой голос, он вернулся, но теперь звучал как-то иначе. Чем выше ноты она брала, тем отчетливее проступала эта странность, она заключалась и в работе связок, и в самом звучании. Голос был совершенно свободным, будто пропали все ограничения.
Звук поднимался все выше, выше, пока один за другим не раздались тугие хлопки – сначала разлетелся бокал, а следом и бутылка, стоявшие на столе. Они взорвались мелким стеклянным крошевом и разлетелись по всей кухне. Полина умолкла, в изумлении глядя, как стекает на пол шампанское. Первой мыслью было позвонить Гаэтано, но сейчас ему явно было не до нее, стоило приберечь новость до вечера.
Прибравшись на кухне, девушка помчалась в карьер изучать свои новые способности. Голос звучал великолепно. Теперь Полина с легкостью брала любые ноты. Казалось, диапазон превзошел доступное человеку количество октав: контральто, сопрано – меццо и колоратурное, – все, что душа пожелает! Красота, богатство оттенков звучали завораживающе, а на высоких пределах трава вокруг шла волнами и осыпались мелкие лепестки цветов.
Переполнившись восторгом, Полина раскинула руки и выкрикнула в небо:
– А-а-а-а! Спасибо, папа Коста-а-а!
Весь день девушка знакомилась с новым голосом, училась им владеть, контролировать его опасные возможности. Вечером Полина позвонила Гаэтано, но он не ответил и перезванивать не стал. Понадеявшись, что утром у него найдется время на пару слов, она легла в постель, хотя больше хотелось не спать, а летать от ощущения необыкновенной легкости, прозрачности всего тела.
Ночью прозвучал всего один залп салюта. Несколько огней вылетели, быстро погасли, и вернулась дремотная тишина. А колокол утром не зазвонил вовсе. С чувством тревоги Полина наспех позавтракала, оделась для пробежки, но направилась не в карьер, а в город, не дожидаясь, пока туман рассеется.
В плотном мареве глохли любые звуки, не слышалось даже запахов – сплошной белый кисель наведенного морока. Бежать в нем не получалось, идти и то приходилось с осторожностью. У шоссе вдоль центральной набережной туман понемногу рассеивался, и можно было еще издалека увидеть трамвай. Он стоял у пустой остановки. Полина ускорила шаг, решившись в этот раз все-таки заглянуть в салон, хотя бы увидеть водителя.
В клубящемся мареве за лобовым стеклом она разглядела вагоновожатого – им оказался Николай Борисович. Он сидел, как манекен, устремив пустой стеклянный взгляд в пространство. Девушка неуверенно помахала ему, но Николай не отреагировал. Только Полина собиралась забраться на скамейку остановки и оттуда заглянуть в окна салона, как из тумана вынырнул черный внедорожник Гаэтано. Автомобиль обогнул трамвай, подъехал к обочине, открылась передняя пассажирская дверца.
Полина нырнула в салон и захлопнула дверь, с облегчением отгораживаясь от тумана. Взглянув на падре, она сложила руки на груди и произнесла умоляюще:
– Скажите, что все хорошо и наладится.
– Все совсем не хорошо, но наладиться обязано, – ответил он.
– Лиану не нашли?
– Нет. Предполагал, что у нее был сообщник, кто-то должен был служить посредником в общении с оборотнем. Долго искать не пришлось, один парнишка вчера сбежал из города. Бежал по морю, сначала на лодке, дальше его подобрал гидросамолет. Какой-то алхимией обработал лодку, и наша подводная охрана его не заметила. Нормальный тихий парень, официантом в центральном ресторане работал, что могло случиться – неизвестно. Родители только руками разводят, не знают ничего.
– Ничего себе, – опешила девушка. – Может, это он меня обслуживал? Лет пятнадцать ему на вид.
– Да, маленьким выглядит, на самом деле ему двадцать два.
– Как его зовут? Я даже не спросила.
– Егор.
– А кто он? В смысле, полукровка или…
– Сын полукровки и человека, по сути уже человек. В подобном союзе человеческая суть обычно оказывается сильнее. Незадолго до нашего инцидента во всех малых городах почти одновременно произошли подобные кражи, правда, обошлось без убийств. На поиски пропавшего отправили эмиссаров, последнее, что они сообщили – вещи вывезены в Москву, после чего перестали выходить на связь. Нас не предупредили, хотели скрыть происшествия и тихо, своими силами устранить проблему.
– В Москву… – эхом произнесла Полина.
– Куда же еще, в самую гущу событий. Сегодня мы с Оскаром выезжаем, будем решать все вопросы разом, за себя и остальных.
– С Оскаром?
– У парных араганов существует связь, это должно помочь найти Лиану.
Не раздумывая ни секунды, девушка взмолилась:
