– «Пробуждение», наверное, с какой-то клиникой сотрудничает и там еще ставит свои эксперименты, – сказала Полина. – Тем более ты говорил, что запечатанные души лучше всего ловить в реанимации.
– Возможно. Выясним и это. Лекторша ваша мне уже знакома, на Арбате ее видел.
Трасса быстро убегала в сгущающиеся сумерки. По мере удаления от Москвы Полине становилось все легче и легче, развеивались остатки страха. Оскар тем временем делился своими впечатлениями от посещения центра. Он ничего особенного не ощутил, «бормотание той мрачной тетки» его не заворожило, и не очень даже понятно, почему в аудитории слушатели сидели как обмороженные.
– Так я же звук в твоих наушниках отключила, вот ты ничего и не почувствовал, – не выдержала Полина. – А то по твоим рассказам выходит, что я сама себя накрутила на пустом месте.
– В следующий раз не отключай, тоже послушаю, – ответил парень.
– Не стоит рисковать, мало ли как на тебя повлияет.
– Полагаю, никак, – сказал Гаэтано. – Все эти сомнительные техники рассчитаны на обычных людей.
– Так я же не обычный вроде человек, а на меня повлияло.
– Ты не обычный, но очень впечатлительный человек, поэтому повлияло, – сходу нашел объяснение Оскар.
Спорить сразу с обоими Полина не стала, тем более расхотелось рассказывать, как испугалась собственного отражения в зеркале. Только она собралась заговорить на отвлеченную тему, как вдруг автомобиль стал притормаживать. Они как раз свернули с трассы на проселочную дорогу к своему поселку, и останавливаться было вроде бы рано. Девушка выглянула из-за спинки переднего сиденья узнать причину остановки. Пустую темную дорогу перегораживал черный микроавтобус, возле него стоял человек в форме полицейского.
Остановив машину, Гаэтано приказал:
– Сидите спокойно.
Захлопнув дверцу, мужчина отошел от автомобиля и направился к микроавтобусу. Еще издалека становилось понятно, что полицейский не настоящий, а проекция, и располагается она на невидимой обычному глазу силовой стене, способной выдавать разряд электричества, сравнимый с сильнейшим ударом молнии.
– Нарушение миграционного законодательства! – произнес проекционный полицейский вибрирующим голосом. – Вы незаконно находитесь на чужой территории!
Гаэтано отошел на обочину, поднял обломок ветки, в левую руку взял пригоршню земли и вернулся на дорогу.
– Незаконно нарушаете! – продолжал полицейский. – За это вас следует сожрать!
Он широко раззявил рот с рядами игловидных, как у акулы, зубов и захохотал.
Кольцо на большом пальце правой руки провернулось, надсекло кожу, на ветку стекла капля крови, и падре произнес:
– Мечом!
Капля побежала по дереву и обозначила в воздухе очертания клинка – в руке мужчины появился длинный обоюдоострый меч. Предполагая, что проектор находится в микроавтобусе, а значит, существует вероятность взрыва при попытке обесточить стену, Гаэтано сжал землю в левом кулаке и скомандовал:
– Водой!
Полицейский все хохотал и хохотал гудящим от напряжения голосом. С размаху падре ударил клинком по фигуре в форме, рассекая сверху донизу. Пространство завибрировало голубым электрическим разрывом, и в эту брешь он швырнул плотный водяной комок, целясь в окно микроавтобуса. Разбив стекло, прозрачный сгусток влетел в салон и автомобиль тряхнуло от заглушенной взрывной волны.
Затем Гаэтано прошел в разрыв электрической стены, по обе стороны которой похохатывали по половине полицейского, и заглянул в микроавтобус. Поблескивая неоновыми всполохами, водяная субстанция покрывала весь салон, продолжая сдерживать взрывное напряжение. Гаэтано зашел внутрь, преодолевая ощутимое покалывающее сопротивление, и принялся искать проектор.
Обнаружился он на полу между вторым и третьим сиденьями. Проектор представлял собой небольшую прозрачную сферу на каменной подставке и напоминал стеклянный шар – любимый атрибут колдунов-шарлатанов. После разрушения стены с проекцией в сфере еще можно было успеть увидеть место, откуда ведется трансляция.
Внутри шара цветным облачком покачивалась тусклая, уже гаснущая картинка – часть комнаты с обстановкой, похожей на гостиничный номер, силуэты людей в стороне и один человек прямо в фокусе. Молодой мужчина стоял спиной, но, словно почувствовав на себе взгляд, обернулся. Затем подошел ближе к своей части проектора и пристально вгляделся в сферу через расстояние.
Цветное облачко погасло, рассеялось, и сфера затрещала. Падре поставил проектор на сиденье, выпрыгнул из салона и побежал к своей машине. Заскочив в салон, он дал по газам, и задним ходом джип помчался к шоссе.
Тугой хлопок мало походил на взрыв, но микроавтобус разнесло так, что обломки улетели далеко за деревья по обеим сторонам дороги, на шоссе не осталось даже колес.
Выждав с полминуты полное рассеивание разрушительной силы, Гаэтано поехал обратно.
– Что э-э-э-э… – с растерянным видом начала Полина, но быстро собралась: – Хотя не важно, можно не рассказывать. Решена проблема, да и ладно.
