- Потом, - продолжил он после паузы, - меня спросили: "Брат, желаете ли вы принадлежать к Ордену?" При этом мне перечислили все тяготы и самоограничения, которые предстояло испытать в будущем. "Ради любви к Всевышнему я готов выдержать все испытания, до конца жизни храня преданность Ордену", - ответил я. После этого мне задали целый ряд вопросов, на которые ждали искренних ответов, и в конце спросили, не передумал ли я. Тогда я ответил, обращаясь к Жаку де Моле: "Сир, я предстаю перед Богом и перед вами во имя любви к Господу и Святой Деве, умоляя вас принять в лоно Ордена и сделать участником его благородных дел человека, который всю свою жизнь будет слугой и рабом вашим". - "Возлюбленный брат, - ответил мне Великий магистр, - вы мечтаете о великом, потому что вам известна только внешняя сторона Ордена, его оболочка. На самом деле наши прекрасные кони в богатом убранстве, наша изысканная еда и роскошная одежда - всего лишь видимость. Вы надеетесь, что вам будет хорошо и спокойно среди нас. Но вы не знаете суровых правил, которых все мы придерживаемся. Вам, который до сих пор был хозяином самому себе, нелегко будет стать слугой другому человеку. Вы никогда уже не сможете поступать по собственному разумению. Когда вы захотите остаться здесь, вас отправят на другой конец света. Вас могут послать против вашей воли в Антиохию или Армению, в Ломбардию или Англию, в любую другую страну, где есть наши владения. Когда вам захочется спать, вам прикажут бодрствовать, когда захотите прогуляться, придется отправляться в постель, когда вы почувствуете голод, то получите приказ оседлать коня. И поскольку всем нам будет невыносимо больно, если вы что-то скроете от нас, призываю вас во имя уважения к Святому Евангелию правдиво ответить на все вопросы, которые мы вам зададим. Потому что если вы солжёте, то станете клятвопреступником и подвергнетесь позорному изгнанию, упаси вас от этого Господь!"
Северин де Брие снова замолчал. Всем, кто его в эти минуты слушал, показалось, что он больше не хочет ничего рассказывать.
- Сеньор, - жалобно позвала Эстель, - а что было дальше?
- Дальше? - встрепенулся рыцарь. - Дальше я дал ряд всевозможных обещаний ради Господа и Святой Девы. И только после этого Великий магистр сказал: "Тогда от имени Господа и Святой Девы Марии, от имени Святого Петра и господина нашего папы римского, от имени всех братьев мы предоставляем все благодеяния, совершенные Орденом с самого начала и которые ему еще предстоит совершить, в ваше распоряжение. Вы же предоставьте нам все ваши благодеяния, как уже совершенные, так и те, которые вы еще совершите. Мы дадим вам хлеб, воду и бедные одежды нашего Ордена, а также работу и наказания в достаточном количестве". Потом Жак де Моле накинул мне на плечи белый плащ с красным крестом и сам тщательно застегнул его. Капеллан прочитал сто тридцать второй псалом и молитву Святому Духу, а все братья, присутствовавшие на церемонии, хором повторяли: "Патер". Великий магистр поцеловал меня в губы, и на этом обряд завершился.
- Господи, как это всё интересно! - воскликнула Эстель. - Сколько в этом таинства и величия! И дядю Венсана так же принимали в Орден?
- Этого я не знаю.
- А что было потом? - спросила Ребекка.
- Потом? - переспросил Северин и задумался. - Потом было потом... Сам не знаю, почему я согласился рассказать вам это...
- Ах, как бы я хотела хоть одним глазком взглянуть, как жили рыцари, как учились обращаться с оружием, как готовились к походам! - мечтательно произнесла Эстель. - Но ведь женщин к Ордену и близко не подпускали?
- Да, ты права, девочка, - ответил Северин. - Устав Ордена тамплиеров рассматривал женщин как соблазнительниц и искусительниц, которые могут ввести рыцарей в грех, подстрекать их нарушить обеты и тем самым подвергнуть свои души опасности. Ведь церковь полагает, что женщины нечисты посредством предательства Евы, которая развратила Адама и способствовала лишению человеческого рода благодати.
- А вы, сеньор, тоже так считаете? - не удержалась Ребекка.
- То, что считаю я, при мне и останется, - уклончиво ответил Северин.
- А что тогда есть благодать, сеньор? Чего лишен человеческий род? - задумчиво произнесла Эстель.
- Тебя на самом деле это интересует? - в свою очередь спросил Северин де Брие, грустно усмехнувшись.
- Да, - твердо ответила девушка.
- Что ж, Блаженный Августин говорил когда-то, что силой, которая во многом определяет спасение человека и его устремление к Богу, является божественная благодать. Благодать действует по отношению к человеку и производит изменения в его природе. Без благодати невозможно спасение человека. Свободное решение воли - лишь способность стремиться к чему-либо, но реализовать свои стремления в лучшую сторону человек может только с помощью благодати, то есть, как я уже говорил, устремления к Богу...