– Кто бы это мог совершить, как вы думаете? – спросила Кендра.
Мадам Годе не спешила с ответом.
– Думаю, лорд Вестон.
– Почему? Из-за ожерелья?
Она ответила не сразу.
– Non[16]… потому что я думаю, что леди Довер нашла себе другого любовника.
Кендра уставилась на нее в изумлении.
– С чего вы это взяли?
Модистка пожала плечами.
– Я не знаю, как объяснить. Ее поведение изменилось. Какое-то время она была счастлива так, как бывает счастлива женщина, когда начинается новый роман.
– Когда именно она изменилась?
– Менее месяца назад.
То есть это был не отец ребенка.
– Как вы думаете, кто это мог быть?
– Она не называла его имени. Но если бы лорд Вестон узнал, что она его обманывает… – Мадам Годе не стала продолжать эту очевидную мысль.
– Он знал о Сатклиффе и, кажется, был не против этих отношений.
– Ах, но маркиз и леди Довер были вместе еще до того, как у нее началась эта интрижка с лордом Вестоном.
– Какая разница?
– В любовных делах это большая разница. И ее отношения с маркизом уже подходили к концу. – Она пренебрежительно махнула рукой. – Может, это мои фантазии.
– Вы сказали, что какое-то время она была счастливее. В чем это выражалось?
Маленькая морщинка нарисовалась между бровями мадам Годе.
– В последний раз, когда я ее видела неделю назад, она была… songeuse. Как это будет?
– Задумчива.
– Oui.
– Не обеспокоена или напугана?
– Леди Довер не была мышкой, прячущейся в углу. Она была львом, она умела пользоваться своими силами.
Кендра посмотрела на модистку.
– Если она пыталась заставить Вестона уйти от жены и жениться на ней, зачем бы она рисковала и связывалась еще с каким-то мужчиной?
Губы француженки сложились в многозначительной улыбке.
– Ревность может быть эффективным инструментом, oui? Если ее использовать правильным образом, ваш любовник сделает все, чтобы оказаться в ваших руках. Но если вы допустите просчет…
– То есть она могла завести нового любовника, чтобы заставить Вестона ревновать, и… что? Все пошло не по плану?
– Она ведь мертва?
Кендра не могла с этим поспорить.
Они уже проходили сквозь занавеску, когда Кендре неожиданно пришла в голову мысль. Она остановила женщину и спросила:
– Вы, кажется, не удивлены, что лорд Вестон или кто-то еще из высшего общества может быть виновен в смерти леди Довер?
– Non, – ответила француженка и после этого молчала так долго, что Кендра уже подумала, что она больше ничего не добавит. Но потом она продолжила шепотом: – Понимаете, я была совсем молода, когда жила в Вандее во время революции. Я была свидетельницей и не такого зверства, как убийство одной женщины. Образованные люди, крестьяне, священники, женщины, дети… Кровь многих людей стекала по уличным водостокам. Не щадили никого. Это было сумасшествие. Я никогда не могла бы подумать, что такое может произойти. Никогда не думала, что увижу, как эти люди – друзья, соседи – проявляют подобное… подобное варварство.
Она пожала плечами, ее взгляд стал мрачным при воспоминании об ужасах прошлого.
– Но когда вы видите такое, вы понимаете, что сумасшествие может овладеть кем угодно. Так что, non, я не удивлена. Я знаю, что люди –
Когда они покинули магазин спустя два часа, мрачный взгляд глаз мадам Годе сменился счастливым сиянием от выгодной сделки, и все благодаря той достаточно большой сумме денег, которую леди Этвуд выложила за новый гардероб Кендры. Графиня и леди Ребекка не остались равнодушными к зову атласа и шелка и тоже купили себе несколько новых платьев. Кендра могла лишь покачать головой в недоумении от их потребительского ажиотажа.
Большую часть заказов поэтапно сошьют и доставят в течение нескольких недель, но с пустыми руками из магазина они все же не вышли. Их руки были загружены коробками с аксессуарами для волос, вышитыми бисером и украшенными вышивкой вечерними сумочками, веерами из слоновой кости и из перьев, тремя шалями и красивой бархатной накидкой темно-синего цвета с серебристой атласной подкладкой. Мадам Годе сказала, что какая-то несчастная дочь купца передумала насчет покупки этого предмета одежды, но Кендра не была уверена, передумала ли она или же просто у нее закончились деньги.
– Теперь я могу вернуть вам вашу накидку, – сказала Кендра, когда они с Ребеккой зашли в ее спальню со своими свертками. Она уже и забыла, что больше месяца назад Ребекка одолжила ей эту зеленую накидку для церемонии похорон. Она так ее и не вернула.
– Не волнуйтесь, мисс Донован. – Ребекка поставила свертки, которые несла в руках, на кровать. – Почему бы вам не подарить ее своей горничной? Знаете, так обычно и поступают. Я часто отдаю свои старые платья своей служанке. Конечно, Мэри приходится их сильно перешивать, потому что она ниже меня, но она талантливая швея.
Мисс Купер даже не придется подшивать накидку. Кендра осознала это, когда горничная спустя какое-то время зашла в комнату, чтобы помочь с вещами. Они были примерно одного роста. Но Кендра была ошеломлена реакцией мисс Купер, когда она предложила ей накидку.
