Пробило без четверти девять, приполз мистер Макдуол, как всегда, грязный и противный. Уже с неделю он не мылся и не брился, даже домой приходил по ночам и запирался у себя, жена не могла достучаться до своего пьяного муженька. Сейчас же Сара нагрела воды и отнесла ее наверх, затем сбегала с ведром к колонке. Приготовила чистую одежду и обувь. Он спустился похожим на человека и сразу потребовал ужин.
Сара положила ему большую порцию овсянки и немного тушеного мяса, налила кофе и разрезала сладкие булки.
– Почему так мало мяса? – поинтересовался он. Пенелопа сидела у огня после утомительного рабочего дня, она вся вскипела, как только услышала такие речи. Этот забулдыга не носит ни гроша домой, наоборот, тащит все из него и интересуется, почему мало мяса. У Сары оставалось еще половина холодной утки в кладовой, которую она приготовила на завтрашний день. Но, ее “хороший” муж потребовал себе внушительную добавку, ведь он очень голоден.
Пенелопа немедля поднялась наверх, взяла в руки малютку Джозефа и носила его по комнате некоторое время, чтобы успокоиться. Еще малость и она взорвется, и тогда пусть только мистер Макдуол попадется ей на пути, девушка будет атаковать его, пока не изобьет до крови. Она внимательно всмотрелась в личико спящего малыша, неужели из такого милого создания может вырасти такое чудовище? Нет, он пошел в Сару, она в этом уверена.
Наступило очередное утро. Сегодня предстоял тяжелый день, мистер Кроссел сильно злился, у него что-то не ладилось. К тому же один солидный пациент отказался от его услуг, ведь в соседний город приехал известный в ближайших графствах доктор и все богачи потянулись к нему за лечением. Доктор то и дело выливал злость на Пенелопу, как его постоянную спутницу – стоило ей чихнуть, и сыпались ругательства. Милен тоже находилась в расстроенных чувствах, она на днях получила плохое известие от дочери: все ее внуки заболели ветрянкой и слегли в одночасье. Под вечер изнеможенная и смертельно уставшая, девушка плелась домой, она сегодня даже кофе еще не выпила и потому сильно проголодалась. Старушка с горя забыла приготовить обед, правда на сей раз это сошло ей с рук, ведь доктор Кроссел отослал свою помощницу, а сам отправился к умирающему старику, не заглянув предварительно в клинику.
“Сегодня съела бы большой окорок”, – грезила Пенелопа, мысленно разделывая его на тарелке. Потом еще вспомнила свой любимый поджаренный сладкий хлеб и взбитые сливки, таящие во рту. И фаршированные рулетки с мясом перепелов, ах, а мясной пирог, желе и мороженное. Все это она видела теперь только во снах, ведь нынешняя ее жизнь проходила перед овсянкой и кофе с небольшой порцией молока. Когда она вошла в кухню, то увидела Сару, суетящуюся возле плиты, она готовила бульон для своей дочурки. Дороти приболела, да и мать неважно выглядела. Девочка вчера много времени провела на воздухе, а обувь у нее ненадежная – вот и простудилась. А еще на протяжении зимы она изводилась кашлем, но вот сегодня просто хрипела и ловила воздух ртом. В последнее время Сара очень обеспокоена: девочка хрупкая, тощая, болезненная и простуживается все зимы кряду, с самого рождения.
Пенелопа насыпала себе остывшей овсянки, порезала вчерашнюю сайку, приготовила кофе, расщедрившись на два кусочка колотого сахара. Она не хотела отвлекать миссис Макдуол и управилась с приготовлением ужина сама. Тем временем приплелся муж, в последнее время ходил весь оборванный и исколоченный, его дружки часто устраивали потасовки, и он постоянно в них учувствовал. Сколько Сара не штопала его одежду, он ее совершенно не берег и то и дело появлялся дома, как последний нищий. Сегодня вдобавок он был чересчур зол, брань лилась звучно, даже жильцы периодически высовывали свои носы в коридор.
Он бесился, его собутыльник Тод выиграл у него его награду. Теперь этот решил отыграться и, как всегда, направился к жене требовать денег. Пенелопа сидела у огня, ей ничего не хотелось, даже дышать. Вдруг она услышала звон бьющихся предметов, неистовые крики младенца, плач девочки и ругань Мориса. Первая здравая мысль указала, что не стоит вмешиваться в их семью, ведь этот деспот потом еще будет пуще кричать на жену. Но гнев, последовавший вслед, вытеснил все здравомыслие – что еще творил этот демон, устроив такой погром в детской?
Она подбежала к их комнате, отворила дверь и что же она заметила? Страшная картина открылась ей: неистовый мистер Макдуол, завалив свою жену на холодный пол, что есть силы бил ее по щекам, а она, рыдая, умоляла пощады. По комнате разбросаны вещи, ребенок разрывается, Дороти спряталась под кроватью и трясется от ужаса.
– Деньги, деньги, дай мне эти деньги… – по крайней мере эти слова можно было разобрать сквозь ручей того сквернословия, что он изливал.
Пенелопа подскочила к нему со спины, теперь он ощутит на своей шкуре всю ее ненависть:
– Отпусти ее, негодяй, иначе я тебя убью! – кричала она – Ты собака, убирайся, слышишь!
