[1] – Норманнский герцог Вильгельм, который за победу над Саксами получил звание Завоеватель, хотя здесь мистер Джонсон сделал ошибку, поскольку Рыжим назвали Вильгельма II, его сына.
[2] – Перси Томас, ученный и поэт во времена Революции и Регенства, который опубликовал Предания Англии, куда вошли баллады о Робине Гуде.
[3] – Титул “Бретвальда” – Brytenwalda, bretanwealda – в переводе обозначает “повелитель Британии”. Он использовался авторами “Англосаксонской хроники” по отношению к Эгбергу Уэссекскому и некоторыми королями V-VII ст.
[4] – первый официальный король Южных саксов, который завоевал со своими людьми нынешние территории Сассекса.
ГЛАВА 3.Разговоры и не более.
На следующий день, она веселенько беседовала и с мистером Джонсоном, хотя все же злилась на сверкающие стеклышки, и с Генри, усвоив, что ее душевному спокойствию ничего не угрожает, поскольку тайна покоится далеко отсюда.
– Слушай, Генри, ты решил оставить старый фасад?
– Да, Чарли.
– История это все хорошо, и я сам к ней неравнодушен, но ты бы рискнул обратиться к столичному архитектору?
– Я не гонюсь за модой.
– Мисс Фея и чаровница, а вы как думаете? Повлияйте на моего друга, он вас послушает.
– Я люблю историю, и если старый фасад хорошо сохранился, стоит ли его портить?
Стеклышки довольно сверкнули, хотя мистер Джонсон сделал вид, что негодует:
– Ах, былые времена! Все хотели каких-либо перемен даже в усадьбах, а ныне молодежи подавай утлое и ветхое.
Генри немного отъехал от ландо и спустя полчаса приблизился к сидевшим, но уже со стороны Пенелопы (она нервничала, только это было необычное волнение и, кажется, щеки порозовели).
– Мисс Эсмондхэйл, – обратился Генри, когда чета Джонсонов, как будто была поглощена осмотром окрестностей прихода Ландбери, – я боюсь, что вы злитесь на меня и это заслуженно мной по справедливости.
– С чего вы это взяли? – удивилась она.
– Не знаю, но вижу, что вы избегаете меня. Возможно, я заслужил это в прошлом… то есть на балу, и искренне прошу прощения.
– Нет. Мы даже не были представлены друг другу, хотя ваш друг станцевал со мной танец.
– Я знаю, как притягателен Гембрил, – вздохнул Генри, – и мое с вами тогдашнее знакомство… мой друг более интересен в общении.
“Или знает…” – всполошилась душа, тогда как на словах это выглядело так:
– Ваш друг – мистер Гембрил – возможно, притягателен и интересен, но на этот счет нужно будет спросить мою сестру, а я с ним общалась недолго и то при таких обстоятельствах…
– Да, да, я понимаю, что бал не место, где заводят друзей, но, кажется, он проявлял к вам интерес.
Пенелопа покраснела, хотя нет – побелела и добавила:
– … как и ко всем барышням, хотя большая часть его предпочтения досталась Джулии.
– Ваша сестра великолепна, она сияла на балу и по праву была признана одной из красоток, как я слышал от мисс Тренд, и не удивительно, что мой друг заинтересовался ею и искал общества лучшей из лучших… хотя порой не тех…
Про великолепие сестры Пенелопа слышала всю жизнь, поэтому внутренне все же разбавила его похвалы некоторыми остротами правды, хотя в этот раз она не разозлилась (теперь лучше понимая сестру), про Гембрила вспоминала с презреньем, хотя больше от его низменности натуры, нежели от ревности или еще каких-нибудь сумасбродных порывов. Конечно, тайна сокрытая матерью, а уж мать ее могла все выставить в лучшем свете, не должна тревожить девушку теперь, но если этот Генри Мартин все знает и нарочно терзает ее нутро, или же это все непреднамеренно?
– Мистер Мартин, а как далеко отсюда ваше поместье? – осведомилась барышня, желая сменить тему.
– Недалеко… – ответил тот, просияв возможностью рассказать о предмете его гордости и от возможности также сменить тему.
– Ну, если и дальше катиться по этой дороге… – добавил более точный Джонсон, стеклышки которого вопросительно рассматривали собеседников уже некоторое время, – то, пожалуй, еще миль шесть, только там сейчас такой грохот, хотя после починки останется еще ой как много старины.
– Поместье верно прекрасное? – улыбнулась гостья.
– Да, – с его красивых губ ответ слетел с улыбкой.
– А вы хотели бы его увидеть? – лукаво сверкнули стеклышки.
– Ну не то, чтобы увидеть…. – замялась гостья.
– О, это было бы славно, – вмешалась миссис Джонсон, – нам обязательно нужно будет выбраться туда и осмотреть поместье, ведь правда, дорогой наш мистер Мартин?
– Конечно, – согласился он.
– Обязательно, – вставил Джонсон.
